В. А. Фокеев «Библиографическое знание и библиографическая информация» Работу выполнила: студентка 232 группы Явных Анжелика Минск 2011
Феномен двойственности конкурирующих понятий «библиографическое знание» (БЗ) и «библиографическая информация» (БИ) Длительное время они рассматривались как взаимоисключающие. Например Н. А. Рубакин выдвинул идею двойственности библиографического знания, включающего результаты изучения книг, во-первых, и изучение читателя, во-вторых. Библиографическая информация вошла в терминосистему библиографии в 20 -е гг. Однако полностью этот термин вытеснил из библиографоведения понятие «библиографическое знание» в 5070 -е гг. в период становления информационного подхода, когда его представители выдвинули доказательство того, что библиография – это не наука или знание, а информация, информационная деятельность. В 80 -е гг. возникает концепция , согласно которой БЗ есть субстанция библиографии (ее сущность в субстанциональной трактовке), а БИ – ее всеобщая сущность (с позиции функционального, информационного подходов). Нельзя забывать, что речь идет об одном и том же явлении, взятом лишь в его различных состояниях (статике и динамике). Выделяется несколько подходов. Одни считают, что первична информация, а знание есть частный случай, разновидность или специальная форма представления информации; другие – что первично знание, и это понятие шире понятия информации: «Информация – это знание, но не все знание, которым располагает человечество, а лишь та его часть, которая используется для управления» . В соответствии с третьим подходом понятия «информация» и «знание» торжественны. Продуктивным для понимания отношений между понятиями БЗ и БИ, является обращение к «источникам» , к теории знака. Из этого выходит, что понятие «знание» характеризует процесс человеческого познания с гносеологической стороны, а понятие «информация» - с коммуникативной, и, следовательно, разграничиваем гносеологический (отражательный) и коммуникативный аспекты человеческой деятельности. В современном теоретическом библиографоведении преимущественный акцент делается на коммуникативный аспект деятельности и почти не разрабатывается гносеологический (отражательный) аспект. Ф. У. Ланкастер считает, что БИ – это не знание само по себе, а необходимый путь или условие получения документированных знаний.
БЗ и БИ находятся в отношении дополнительности друг к другу, это системы разного уровня, различных социальных процессов. БЗ – результат познания в сфере библиографической деятельности, отражения в языковой форме книжной продукции, документов, а также потенциальных потребностей адресатов, причем этот компонент проявляется только в процессе коммуникации, в ситуациях общения. Личности – носители БЗ – придают им документальную форму. Следовательно, БИ – пространственно-временная форма. БИ нельзя представить вне библиографической коммуникации – это взаимосвязанные, взаимообусловленные стороны библиографической информационно-коммуникативной деятельности. Существует другой аспект, определенный тем, что БИ – это не только движущееся, транспортируемое, функционирующее БЗ, но и нечто другое. На уровне библиографии проявляется общая закономерность, которая состоит в том, что «знание ориентировано на превращение теоретического, идеализированного «бытия предметов» в «информацию о предмете» и, наконец, в «сигнал управления» какой-то работой, в приказ. Яркий пример использования библиографии в качестве источника БИ – создание фактографических авторитетных баз данных на базе государственных библиографических показателей. Библиографической информацией являются только те сведения о документах, которые используются для последующего обращения к тексту, его чтения, изучения и т. д. БЗ и БИ четко различимы лишь на абстрактно-теоретическом уровне, они не могут существовать друг без друга, так как «без феномена знания информация лишается смысла, превращается в пустую знаковую форму, манипуляция с которой лишь имитирует человеческие действия со знанием» .
Скачать презентацию В А Фокеев Библиографическое знание и библиографическая информация
Фокеев.ppt