Предки 1. Дед — Николай Андреевич Тютчев-мл. (1720 — 1797). Жена — Пелагея Денисовна, урожд. Панютина (1739— 3 декабря 1812) 1. Отец — Иван Николаевич Тютчев (12 октября 1768— 23 апреля 1846) 2. Мать — Екатерина Львовна (16 октября 1776 — 15 мая 1866), дочь Льва Васильевича Толстого (1740— 14 октября 1816) и Екатерины Михайловны Римской-Корсаковой (? — 1788). Похоронена на Новодевичьем кладбище. Родная сестра её отца — Анна Васильевна Остерман и её супруг Ф. А. Остерман сыграли большую роль в судьбе племянницы и её семьи. Родной брат матери — А. М. Римский. Корсаков. Дети Ивана и Екатерины: 1. Николай Иванович (9 июня 1801— 8 декабря 1870). Полковник Генерального штаба. Умер холостым. Последний владелец родового имения Тютчевых с. Гореново. Отец Мать
Детство • Фёдор Иванович Тютчев родился 5 декабря 1803 года в родовой усадьбе Овстуг Орловской губернии. Тютчев получил домашнее образование, изучил латынь и древнеримскую поэзию, в тринадцать лет переводил оды Горация. С 1817 года в качестве вольнослушателя начал посещать лекции на Словесном отделении в Московском университете, где его преподавателями были Алексей Мерзляков и Михаил Каченовский. Ещё до зачисления был принят в число студентов в ноябре 1818 года, в 1819 году был избран членом Общества любителей российской словесности.
Отзывы современников • • • И. С. Аксаков (1823 -1886) – биограф поэта, был женат на дочери Ф. И. Тютчева "Можно сказать, что в тщеславии у Тютчева был органический недостаток. Он любил свет – это правда; но не личный успех, не утехи самолюбия влекли его к свету. Он любил его блеск и красивость. . . И. С. Гагарин (1814 -1882) – князь, сослуживец и друг Ф. И. Тютчева в Мюнхене. "Его не привлекали ни богатства, ни почести, ни даже слава. Самым задушевным, самым глубоким его наслаждением было наблюдать за картиной, развертывавшейся перед ним в мире, с неослабным любопытством следить за всеми ее изменениями и обмениваться впечатлениями со своими соседями". А. А. Фет (1820 -1892) – поэт, мемуарист. "Тютчев сладостен мне не столько как человек, более чем дружелюбно ко мне относившийся, но как самое воздушное воплощение поэта, каким его рисует себе романтизм. Начать с того, что Федор Иванович болезненно сжимался при малейшем намеке на его поэтический дар, и никто не дерзал заводить с ним об этом речи".