ОСНОВНЫЕ ТЕРМИНЫ СРЕДНЕВЕКОВОЙ ФИЛОСОФИИ PERSONA person

ОСНОВНЫЕ ТЕРМИНЫ СРЕДНЕВЕКОВОЙ ФИЛОСОФИИ

PERSONA (person) - персона; три Персоны (Ипостаси) Бога: Бог Отец, Бог Сын, Бог Дух Святой. Термин введен Тертуллианом из юриспруденции. Боэций производит этот термин не только от «полой маски» , которая непременно должна усиливать звук, но и от глагола personare, что значит «громко звучать» ·, что связывает идею личности с идеей речи (Боэций. Против Евтихия и Нестория // Боэций. Утешение философией. С. 172). Предварительное определение личности у Боэция - «индивидуальная субстанция разумной природы» (там же). Однако правильно определить личность значит определить совершенную личность, т. е. Христа. Теологически более приемлемым ему кажется термин «ипостась» . Из выделенных Боэцием трех состояний человека: 1) до первородного греха - бессмертного, наделенного совершать человеческие отправления, но с возможностью греха; 2) возможного - при условии преодоления искушения; и 3) послегреховного, наделенного смертностью и греховной волей, - Христос, по мысли Боэция, избирает по одному началу: из первого - потребности совершать человеческие потребности пить и есть, из второго - отсутствие греховной воли, из третьего - смертное тело, взятое с целью изгнать смерть (см. там же. С. 188 -189). Это действительно определение единственной совершенной личности, никакая разумная индивидуальная субстанция без этих признаков не стала бы личностью. Иоанн Росцелин полагает, что трех Ипостасей не может быть там, где нет трех вещей. Имя «Бог» , на его взгляд, есть имя субстанции, а не Лица. Петр Абеляр выделил четыре значения этого слова: 1) теологическое (бытие Бога в трех Лицах); 2) грамматическое (представление одного и того же человека в трех лицах: первое лицо - человек, говорящий о себе; второе лицо - человек, к которому обращена речь; третье лицо - человек, о котором некто говорит другому; 3) риторическое представление о юридическом лице; 4) драматический персонаж, передающий нам события и речи, - что всегда иное лицо. «Ведь и Сократ личностно иной, чем Платон, то есть отличается от него по своей собственной сущности, так что тот - не этот» . Они «не отличаются на основании видового сходства, иначе говоря - каждый из них человек. . . но он иной, как сказано, по своей личности, то есть на основании различения внутри собственной субстанции» (Петр Абеляр. Теология «Высшего блага» // Петр Абеляр. Тео-логические трактаты. С. 170).

LUX (illumination, light) - свет; в августиновской традиции - это и свет, источником которого является солнце, и свет, исходящий от Бога как источника духовного света, благодаря которому постигается истина; истина отпечатывается в сердце человека, как на воске печать оставляет свой отпечаток.

CREATOR (author, creator, the Creator, God) творец, автор, Бог.

CORPUS (body) - тело, плоть. По Тертуллиану, «плоть есть дело Бога» (Тертуллиан. О воскресении плоти // Тертуллиан. Избранные сочинения. М. , 1994. С. 192). «Этот прах, облекшись в образ Христа, имевшего явиться во плоти, был не только произведением Божьим, но и залогом. Итак, к чему теперь (с намерением уничтожить происхождение плоти) поносить слово „земля" как обозначение нечистого и низкого элемента? Ведь если бы другая материя была использована для создания человека, следовало бы вспомнить высоту Создателя, Который, избрав - объявил, а коснувшись - сделал ее достойною. . . Человек стал душою живою через дыхание Бога, через жар, способный каким-то образом высушить прах так, чтобы он приобрел иное качество, став как бы глиняным сосудом, то есть плотью. . . Поскольку дело обстоит именно так, у тебя есть и прах, славный благодаря руке Бога, и плоть, еще более славная благодаря дыханию Бога, которая одновременно покинула остатки праха и украсилась душой. . . Так неужели же Бог для тени Своей души, для дыхания Своего Духа, для дела Своих устроил какой-то презреннейший гроб, осудив их тем самым на недостойное пристанище? » (Там же. С. 193 -194).

ARBITRIUM LIBERUM (liberal arbitrament, free choice, free will) - свободное решение, свободный выбор, часто переводится как свобода воли. Августин не только признавал, «что Бог даровал ее нам» , но что «ее надлежало даровать» (Августин. О свободе воли. Кн. II, гл. XVIII, 47. Т. 1. С. 60 наст. изд. ). Для Августина утверждение об отсутствии свободы воли на основании первичности Божественного предопределения, или предзнания, не имеет смысла, ибо «нельзя сказать, что предузнавший нечто, предузнал ничто» , поскольку смысл познания в том, чтобы узнавать нечто существующее. Из этого Августин делает вывод: «если предузнавший, что имеет быть в нашей воле, предузнал не ничто, а нечто, то несомненно, что и при Его предведении нечто в нашей воле есть. Поэтому мы нисколько не находим себя вынужденными ни отвергать свободу воли, ни отрицать (что нечестиво) в Боге предведение будущего, отвергая свободу воли. Мы принимаем и то, и другое» (Августин. О Граде Божием. Т. 1. С. 258). Ансельм Кентерберийский, оспаривая представление о свободной воле как о свободе выбора между грехом и добродетелью, писал, что свободная воля Бога, который есть Высшее благо, не может грешить, потому способность грешить не относится к определению свободы выбора. «Ни свобода, ни часть свободы не есть способность греха» (Ансельм Кентерберийский. О свободном выборе. Т. 1. С. 232 наст. изд. ). По Петру Абеляру, в основании свободного выбора лежит идея интенции как осознанного умысла поступка, добровольного согласия на него. Бернард Клервоский полагал, что согласие, воля и свобода воли суть тождество. Свобода выбора есть свобода от необходимости. Свободный выбор означает, что Бог может даровать спасение, а человек может его принять или не принять. Свободный выбор определяется разумом и сопровождается судом, или суждением. Фома Аквинский сопрягает определение свободы с определением произвольного действия. Поскольку у всякого действия есть цель, произвольным является такое действие, которое производится при обладании знания о цели. Произвольность в этом смысле тождественна свободе и свойственна только разумным существам. Свободу, по определению, нельзя принудить к выбору цели. Воля в ее сопряженности с интеллектом обречена осуществлять выбор целей, которые ей поставляет разум в качестве благих. Ей можно помешать внешним действием, но над внутренней свободой нельзя совершить насилие.

ANIMA (soul, breast) - душа. По Августину, человек есть триединство духа, души и плоти, и в этом триединстве человек весь востребуется Богом. Гносеологические доказательства неуничтожимости души Августином: 1) «Ложность не может быть без чувства, она же (ложность) не быть не может, следовательно, чувство существует всегда. Но чувств нет без души, следовательно, душа вечна. Она не в состоянии чувствовать, если не будет жить. Итак, душа живет вечно» (Творения бл. Августина. Киев, 1913. Т. 2. Кн. 2, гл. 3); 2) звук - обозначающее предмета, предмет есть «обозначаемое звуком» , предмет, представленный в мысли, составляет понятие о нем «до произнесения слова» . Понятие, выраженное звучащим словом, представляет значение предмета. . . Следовательно, если само название состоит из звука и значения. . . то в названии, как бы в некотором одушевленном существе, звук представляет собою тело, а значение - душу звука» . Звук имени может быть разделен на буквы, «меж тем как душа его, то есть значение, не может» . При разделении звука на буквы значение теряется, уподобляясь ситуации, «когда из растерзанного тела исходит душа. . . с названием случается как бы некоторый род смерти» . Из этого сравнения ясно, «каким образом душа с расчленением тела может не рассекаться» (Августин. О количестве души // Августин. Творения. 1998. Т. 1. С. 249 -250).

PECCATUM (sin) - грех, прегрешение; одно из главных понятий христианской этики. По Петру Абеляру, грех есть сочувствие тому, «чему сочувствовать не надлежит, что, к примеру, мы можем сделать, или можем прекратить делать. . . Определяя, таким образом, грех чисто отрицательно. . . мы ясно показываем, что нет никакой субстанции греха, потому что он заключается скорее в небытии, чем в бытии» (Петр Абеляр. Этика, или Познай самого себя // Петр Абеляр. Теологические трактаты. С. 249). «Грех, или искушение, выражается тремя способами: внушением, удовольствием и согласием» (там же. С. 263). Абеляр различает четыре компонента греха: «Изъян души, толкающий к преступлению, затем самый грех, который мы усмотрели в согласии на зло, то есть в презрении к Богу, далее волю, направленную на зло, и, наконец, злокозненный поступок» (там же). Грехи бывают: первородный; духовные и плотские; легкие и тяжкие; смертные

MORS (death, decease, end) - смерть. Августин различает две смерти: «первая, вследствие которой происходит разделение соединенных природ: Бога и души, или души и тела. Таким образом, о первой, телесной, смерти можно сказать, что она добра для добрых и зла для злых» . Вторая смерть - смерть всего человека, она «бывает тогда, когда оставляет тело душа, оставленная Богом» и «ни для кого не бывает доброй, так как никто из добрых не подвергается ей» (Августин. О Граде Божием. Т. 2. С. 288 -289).