Герои Отечественной Войны 1812 года Маргарита Тучкова
Маргарита Тучкова (Нарышкина) n Маргарита вышла замуж в шестнадцать лет и, наверное, была уверена в своем счастье. Но муж оказался картежником и кутилой. В родном доме ее называли огоньком. А тут в считанные месяцы от огонька ничего не осталось. Поникла, погасла. И вдруг появился он. . .
Александр Тучков n Александр Тучков, младший из четырех братьев-генералов, людей того высокого уровня долга и чести, на которых держалась русская армия, оказался в гостях в доме Маргариты совершенно случайно.
Вскоре семейные неурядицы Маргариты вылились в развод. К разведенной жене посватался Тучков, но мать Маргариты отказала наотрез: «Ей ли о новом замужестве думать? » Родительская воля и отъезд Александра за границу разлучили их. n Однажды Маргарите передали небольшой конверт. На голубом листе были стихи, написанные пофранцузски; каждая строфа заканчивалась словами: n Кто владеет моим сердцем? Прекрасная Маргарита! Однако прошли еще четыре года, прежде чем они поженились. Маргарите было 25 лет, Александру — 29. n Маргарита последовала за мужем на фронт. Ей приходилось видеть смерть, научилась перевязывать раненых, ухаживать за ними… n
Гибель Александра n . . . На Бородинском поле роты Ревельского полка редели на глазах; казалось, не было силы, способной поднять людей в контратаку. Александр схватил древко знамени, обернулся к своим пехотинцам: «Трусите, ребята? Так я один пойду» . За ним, конечно, двинулись в атаку солдаты. На их руки упал Тучков. . .
В 1820 году распродав драгоценности, вдова поставила на месте гибели мужа небольшой храм Спаса Нерукотворного. n Туда потянулись вдовы из всех российских губерний – помолиться за убиенных мужей. n
Постепенно сторожка Маргариты сделалась центром притяжения для тех, кто искал утешения. Положив свое состояние на возведение жилищ для вдов бородинских героев, матушка Мария — та, что когда-то звалась Маргаритой Тучковой, — с энергией отдалась устройству нового женского монастыря
n Игуменья Мария умерла ранней весной. . . Складывая на груди умершей руки, монахиня, солдатская вдова, обнаружила в холодеющих пальцах листок бумаги с истертыми краями. Развернула, но ничего не поняла во французских буквах…