Друзья мои прекрасен наш союз Александр

… «Друзья мои, прекрасен наш союз!» … Александр Сергеевич Пушкин Лицей

Именно в лицее юный Пушкин обрёл лучших своих друзей. Лицейская дружба оставила глубокий неизгладимый след в душе гения. Она оказалась, как в таких случаях говорят, на всю жизнь.

Вильгельм Карлович Кюхельбекер (10 (21) июня 1797 11 (23) августа 1846). Русский поэт, писатель и общественный деятель, друг и одноклассник Пушкина по Царскосельскому лицею, коллежский асессор, декабрист. Был он смешным человечком среди лицеистов. Вильгельм плохо слышал на одно ухо после золотухи, был необузданно вспыльчив и с комической внешностью. Частенько вызывал шутки, доходившие до издевательства. Однажды дошло до того, что Кюхля решил топиться — его вытащили из пруда и обсмеяли ещё сильнее, мол, даже утопиться не можешь…

Первое напечатанное стихотворение Пушкина “К другу стихотворцу” обращено именно к Кюхельбекеру. Речь идёт о начальных неуклюжих поэтических опытах Кюхельбекера: «Но что? ты хмуришься и отвечать готов; Пожалуй, - скажешь мне, - не трать излишних слов; Когда на что решусь, уж я не отступаю, И знай, мой жребий пал, я лиру избираю. Пусть судит обо мне, как хочет, целый свет, Сердись, кричи, бранись, - а я таки поэт» . Александр Сергеевич очень нежно относился к Вильгельму, однако частенько писал о нем смешные эпиграммы: «Вильгельм, прочти скорей свои стихи, Чтоб мне заснуть скорее. . . » Кюхельбекер в 1825 году выступил против царя и стал “опасным государственным преступником”, строго охраняемым всем могуществом царской власти. Кюхельбекер, просидев в Петропавловской, Кексгольмской и Шлиссельбургской, затем в Динабургской крепостях, был отправлен на поселение в Сибирь, где заболев туберкулёзом, угас в Тобольске в 1846 году.

К Пушкину Счастлив, о Пушкин, кому высокую душу Природа, Щедрая Матерь, дала, верного друга - мечту, Пламенный ум и не сердце холодной толпы! Он всесилен В мире своем; он творец! Что ему низких рабов, Мелких, ничтожных судей, один на другого похожих, Что ему их приговор? Счастлив, о милый певец, Даже бессильною завистью Злобы - высокий любимец, Избранник мощных Судеб! огненной мыслию он В светлое небо летит, всевидящим взором читает И на челе и в очах тихую тайну души! Сам Кронид для него разгадал загадку Созданья, Жизнь вселенной ему Феб-Аполлон рассказал. Пушкин! питомцу богов хариты рекли: "Наслаждайся!"Светлою, чистой струей дни его в мире текут. Так, от дыханья толпы все небесное вянет, но Гений Девствен могущей душой, в чистом мечтаньи - дитя! Сердцем высше земли, быть в радостях ей не причастным Он себе самому клятву священную дал! В. Кюхельбекер

Антонович Дельвиг – (1798, Москва – 1831, Санкт-Петербург) – барон, русский поэт, издатель альманахов "Северные цветы «, "Подснежник" и "Литературной газеты". Он был очень забавным и смешным. Например, лишённый очков, близорукий Дельвиг, для которого весь свет был как в тумане, а все женщины казались ему красавицами, – то-то была потеха для остальных лицеистов. Именно не способный к зависти Антон Дельвиг в стихотворении «Пушкину» уже в 1815 году предсказал своему другу великое будущее. Флегматичный толстяк и великодушный добряк Дельвиг со своим вечным “Забавно!”, произносимым с задумчивой улыбкой, мягкий, снисходительный даже к обидам со стороны Пушкина (хотя, казалось бы, кому понравится, когда о тебе говорят: “ленивец сонный” и “сын лени вдохновенный”), умел понимать, щадить, ценить и поддерживать друга.

Взаимные отношения Пушкина и Дельвига представляют собою редкий и умилительный пример: дружба их была на редкость тесная, основанная на взаимном понимании и уважении; их союз, начавшись с момента вступления в Лицей, был больше чем дружбой, - был братством. Пушкин, по его словам, «с ним толковал обо всем, что душу волнует, что сердце томит» . Высоко ценил великий поэт и поэтический талант друг. Внешне - их связь не раз и надолго порывалась, но внутреннее общение их было постоянным и неизменным. С детских лет их роднила и сближала любовь к поэзии и свойственное обоим литературное дарование, которое они рано распознали и оценили друг в друге. Пушкин вспоминал о Дельвиге: “Он предпочитал прогулки по аллеям Царского Села и разговоры с товарищами, коих умственные склонности сходствовали с его собственными”. Умственные склонности Дельвига и Пушкина сходствовали. Они понимали друга с полуслова. Для Дельвига Пушкин был самым большим авторитетом. А Пушкин всегда прислушивался к мнению Дельвига-литератора.

Дельвиг, как известно, один из первых полюбил гений Пушкина и еще в 1815 г. писал ему: Пушкин! Он и в лесах не укроется: Лира выдаст его громким пением, И от смертных восхитит бессмертного Аполлон на Олимп торжествующий. С годами взаимное понимание и любовь росли, крепли и становились все более сознательными; в разлуке друзья переписывались. Известен ряд их дружески-нежных писем друг к другу. В периоды совместной жизни в Петербурге они видались чуть не ежедневно - то в обществе "Зеленой Лампы", то у общих друзей и знакомых, то в доме родителей Пушкина, у которых, по выходе из Лицея, жил поэт. Они были так нежно преданы один другому, что при встрече целовали друг у друга руку. . . Дружба поэтов прервалась лишь со смертью Дельвига. Смерть Дельвига произвела на Пушкина сильное впечатление. Он пишет Плетневу: "Грустно, тоска. Вот первая смерть, мною оплаканная. . . никто на свете не был мне ближе Дельвига. Изо всех связей детства он один оставался на виду – около него собиралась наша бедная кучка. Без него мы точно осиротели".

Князь Пётр Андре евич Вя земский (12 [23] июля 1792 - 10 [22] ноября 1878) — русский поэт, литературный критик, историк, переводчик, публицист, мемуарист, государственный деятель. Сооснователь и первый председатель Русского исторического общества (1866), действительный член Академии Российской, ординарный член Императорской Санкт-Петербургской Академии наук. Близкий друг и постоянный корреспондент А. С. Пушкина; «их переписка - сокровищница остроумия, тонкой критики и хорошего русского языка» . Они познакомились в Царском Селе и поддерживали близкие отношения до самой смерти Пушкина. Пушкин высоко ценил творчество Вяземского, особенно его журнальную прозу, одобрял и поддерживал все его начинания, посвятил ему несколько стихотворений и третье издание поэмы «Бахчисарайский фонтан» , неоднократно ставил эпиграфами к своим произведениям цитаты из Вяземского ( «Евгений Онегин» , «Станционный смотритель» ), неоднократно цитировал Вяземского в своем творчестве, ввел его как действующее лицо в «Евгения Онегина» . По свидетельству Е. Ф. Розена, Пушкин ввел негласный запрет на критику Вяземского в своем присутствии.

Сохранилось немало свидетельств современников о спорах и разговорах. Вяземского и Пушкина. Они спорили порой «до упаду, до охриплости» . Сохранилось огромное количество писем Пушкина к князю семьдесят четыре. Пушкин с признательностью и благодарностью отвечал на все замечания Вяземского, а особенно - на его критические статьи по поводу его ранних поэм. Он писал Вяземскому: «Пусть утешит тебя Бог за то, что ты меня утешил! Приятно выслушать мнение о себе умного человека!» Вяземский говорил о Пушкине: «Пушкин был вообще простодушен, уживчив и снисходителен…Натура Пушкина более была открыта к сочувствиям, нежели к отвращениям. В нем было более любви, нежели негодования…Он любил чистую свободу, как любить её должно» . Вяземский признавался: «В стихах моих я нередко умствую и умничаю. Между тем…, что если есть и должна быть поэзия звуков и красок, то эта была поэзия его, Пушкина» . Он как-то упрекал меня в том, - продолжал Вяземский, как у меня хватило духа говорить о том, что язык наш рифмами беден! Оскорбление русскому языку он принимал за оскорбление лично ему нанесенное. Он был прав, как высший представитель этого языка. »

Пётр Алекса ндрович Плетнёв (1 [12] сентября 1791, — 29 декабря 1865 [10 января 1866]) — критик, поэт пушкинской эпохи, друг и издатель Пушкина. С Пушкиным Плетнёв познакомился в 1817 году. А когда поэт был в Михайловском, Плетнев издал сборник его стихов. "Я был для него всем, – писал Плетнев, – и родственником, и другом, и издателем, и кассиром". К стихотворному дару Плетнева Пушкин относился критически, писал про его стихи: "Вообще мнение мое, что Плетневу приличнее проза, нежели стихи, – он не имеет никакого чувства, никакой живости – слог его бледен, как мертвец". В критических статьях Плетнева Пушкину не нравились чрезмерная мягкость и доброжелательность его оценок. "Брат Плетнев! не пиши добрых критик! будь зубаст и бойся приторности!" – писал он ему. В то же время уравновешенный, добрый характер Плетнева оказывал благотворное действие на Пушкина, особенно в последний, мучительный период его жизни. После смерти поэта Плетнев некоторое время был редактором пушкинского журнала "Современник".

Деятельная переписка Плетнева с Пушкиным, его хлопоты по делам опального поэта обратила на себя внимание властей: за Плетневым был учрежден тайный надзор. После возвращения Пушкина из ссылки дружеские отношения между ними упрочились. Почти все произведения Пушкина после 1826 года издавал Плетнев. Ему посвятил поэт "Евгения Онегина". Плетнев вспоминал: «Пушкин был застенчив и более многих нежен в дружбе» . В одном из писем Плетнев приводит слова Пушкина: «Я хочу доказывать своим друзьям, что не только люблю и верую в них, но признаю за долг и им, и себе, и посторонним показывать, что они для меня первые из порядочных людей…»

Смирнов Николай Михайлович (16. 05. 1807, по другим источникам, 16. 05. 1808 — 4. 03. 1870), тайный советник, калужский (13. 06. 1845 — 14. 03. 1851), санкт-петербургский губернатор (1855), сенатор (1861), любитель искусства. Жена Смирнова Николая Михайловича вспоминает слова Пушкина о муже, данный еще до их брака: «Смирнов мне очень нравится; он вполне европеец, но сумел при этом остаться и вполне русским… Смирнов прекрасно говорит порусски, хотя и был воспитан эмигрантами. Восемнадцати лет он, как и я, поступил в дипломатический корпус и прожил, счастливец, очень долго в Италии. Думаю, что он вам понравится, наш боярин-итальянец, наш русский милорд» . Смирнов отзывался о Пушкине так: «Кто был ближе к нему, кто пользовался его совершенным доверием, кому доступны были тайные струны его души, те уважали в Пушкине человека столько же, как и поэта, те открывали в нем ежедневно сокровища неистощимые и недоступные пониманию толпы так называемых его приятелей. . . Своих друзей он защищал с необыкновенным жаром; зато несколькими словами уничтожал тех, которых презирал. . . »

19 октября Друзья мои, прекрасен наш союз! Он, как душа, неразделим и вечен — Неколебим, свободен и беспечен, Срастался он под сенью дружных муз. Куда бы нас ни бросила судьбина И счастие куда б ни повело, Всё те же мы: нам целый мир чужбина; Отечество нам Царское Село. дней, ец с первых частлив одный , Горчаков, с Ты ны блеск хол форту одной: Хвала тебе — и твоей своб душ Не изменил рузей. для чести и д ы огой; Всё тот же т назначен стр судьбой ись: разный путь Нам стро разошл ь, мы бы тупая в жизн С дорогой проселочной й нялись. Но невзнача и братски об ись Мы встретил Когда постиг меня судьбины гнев, Для всех чужо й, как сирота б ездомный, Под бурею гл авой поник я т омной И ждал тебя, в ещун пермесс ких дев, И ты пришел, сын лени вдох новенный, О Дельвиг мо й: твой голос пробудил Сердечный жа р, так долго ус ыпленный, И бодро я суд ьбу благослов ил.