Деревянные жилища и фортификационные сооружения Древней Руси

Деревянные жилища и фортификационные сооружения Древней Руси

Дерево как строительный материал n Характер строительного материала, его физические свойства во многом обусловливают строительные приемы и тектонику архитектурных форм. Многовековой строительный опыт народа позволил максимально использовать свойства каждой породы дерева. Наибольшее применение находили хвойные породы - сосна, лиственница, ель, ибо они обладают многими ценными в строительном отношении качествами. Прямизна и отсутствие дуплистости позволяли сплачивать бревна в стены, а также раскалывать бревна по слоям для получения пластин и теса. Смолистость упомянутых пород обеспечивала хорошую сопротивляемость гниению. На срубы стен шла сосна и лиственница, из ели изготавливались главным образом элементы кровли Приемы врубок а— «в обло» (с остатком); б — «в лапу» (без остатка); в — «в реж» (стропила).

Жилища в Древней Руси n Полуземлянка n Традиции, конечно, во многом определялись климатическими условиями и наличием подходящего строительного материала. На севере во все времена преобладала влажная почва и было много строевого леса, на юге же, в лесостепной зоне, почва была суше, зато леса хватало не всегда, так что приходилось обращаться к иным строительным материалам. Поэтому на юге до весьма позднего времени (до XIII-XIV) массовым народным жилищем была полуземлянка на 0, 5 -1 м врытая в грунт. А на дождливом холодном севере, напротив, очень рано появился срубный наземный дом. Термин полуземлянка изначально неславянский, его придумали гораздо позже учёныеисследователи для обозначения жилища, частично углублённого в землю так, что его стены возвышались над землёй, в отличие от глубокой землянки, у которой над землёй могла возвышаться только кровля. Иногда полуземлянка была столь незначительно врезана в землю, что была практически полностью полноценным наземным домом. Снаружи чаще всего обмазывалась глиной или присыпалась землёй. Для того, чтобы войти в полуземлянку, необходимо было спуститься по ступенькам, которые либо вырезались в грунте перед дверью, либо делались из дерева и находились непосредственно в помещении. Дверь чаще всего была одностворчатая и довольно узкая, чтобы лучше сохранить тепло внутри полуземлянки. n n n

Стенки ямы чаще всего закрывались досками, которые закреплялись вбитыми в землю деревянными столбами, прижимавшими эти доски к стенке ямы. Пол в полуземлянке был как правило земляной, плотно утрамбованный, часто обмазанный глиняным раствором. Окон, по-видимому, не было вовсе, потому что, как считают многие учёные, в них не было никакого функционального смысла: дым, исходящий из печки, должен был их закоптить. Позднее яма полуземлянки стала закрепляться небольшим опущенным в неё срубом из брёвен, который был рублен «в обло» : верхнее бревно клалось в полукруглую выемку, сделанную в верхней части перпендикулярно лежащего нижнего бревна. Причём концы брёвен выступали наружу, и для них на углах ямы вырывали специальные гнёзда. Расстояние между срубом и стенками ямы засыпалось землёй. Пол в таких полуземлянках был дощатым, доски врубались во второй или третий нижний венец сруба, таким образом оставляя место для хозяйственных нужд (медуша). Возле очага, его, как правило, делали глинобитным во избежание пожара.

Потолка у полуземлянки, скорее всего, не было, что позволяло дыму, поднимавшемуся из очага, заполнять больше пространства и позволять людям находиться внутри помещения во время топки. Кровля чаще всего была двускатной и устраивалась на стропилах, перекрытых каким-либо лёгким материалом и присыпанных сверху землёй, как и наружные стены. К XII-XIII векам полуземлянки сохранялись преимущественно в безлесных местах в бассейне Днепра и на некоторых опольях (например, к югу от Москвы), куда по каким-то причинам труден был подвоз леса. Это было связано с тем, что в X-XI веках наземные срубные дома распространились на юг и юго-восток, заняв почти всю лесную зону Европейской России, до границ лесостепи, а в XII-XIII веках перешагнули эту границу, в особенности на юго-западе, заняв в Галицкой земле и на Волыни почти всю лесостепную зону. Начиная с XIV века в русских городах все дома были срубными, наземными.

n n n Срубный дом Срубные дома строились из хвойного леса, так как сосна и ель лучше сохраняют тепло. К тому же, хвойные породы дерева обеспечивают в избе сухость насыщенного смолой воздуха и создают сравнительно лучшие для жизни гигиенические условия. Лиственница и дуб ценились за прочность древесины, но они были тяжелы и трудны в обработке. Их применяли только в нижних венцах срубов, для устройства погребов или в сооружениях, где нужна была особая прочность (мельницы, соляные амбары). Другие породы деревьев, особенно лиственные (береза, ольха, осина) применялись в строительстве, как правило, хозяйственных зданий. В лесу получали необходимый материал и для кровли. Чаще всего береста, реже кора ели или других деревьев служили необходимой гидрозащитной прокладкой в кровлях. Для возведения даже самых крупных построек срубного типа обычно не сооружали специального фундамента по периметру стен, но по углам зданий (изб, клетей) закладывались опоры - крупные валуны, большие пни. В редких случаях, если протяженность стен была много больше обычной, опоры ставили и в середине таких стен.

У срубного дома IX-X веков ещё были черты сходства с полуземлянкой: они небольшие, состоявшие, как правило, из одного только квадратного или почти квадратного помещения. 16 м 2. Пол, как и в поздних полуземлянках, был почти всегда дощатым, приподнятым над землей и врубался обычно во второй-третий венец сруба. Если же половые доски укладывались на землю, то внизу подкладывались специальные опоры. Потолка не было. Помещение имело одно или несколько маленьких волоковых окошек. Волоковое окно - небольшое окно, вырубленное в двух расположенных друг над другом бревнах деревянного сруба на полбревна вверх и вниз. Изнутри волоковое окно закрывается (заволакивается) тесовой задвижкой, выполненной из доски. Вдоль стены дома, где находилась входная дверь, 1. Желоб 2. Охлупень 3. Стамик 4. Слега 5. Огниво 6. зачастую устраивалась под сводом кровли открытая Князевая слега «кнес» 7. Повальная слега 8. Самец 9. галерея с дощатым полом; для поддержки столбов и Повал 10. Причелина 11. Курица 12. Пропуск 13. Бык 14. пола параллельно стене клали ряд брёвен. Гнет

n Так образовалась трехчастная планировка дома, состоявшего из теплой части — «избы» ( «истопка» — «ис — «изба» ), «сеней» и «клети» , ставившихся обычно на «подклет» для сохранения тепла. Данный тип отапливаемого жилища формировался прежде всего под влиянием природно-климатических условий. В городских трехсрубных жилых домах каждый сруб имел свою кровлю; средний сруб (сени) изредка дела более низким, чем боковые, высота которых иногда достигала трех этажей. Нередко холодные сени был каркасными. Изображения подобных двух- и трех-частных жилых домов хорошо видны на плане Тихвинского посада (1678 г. ) — см. рис. 1. 10. Находки при раскопках, ряд исторических документов и порядных записей дают представление о планировке и облике богатых посадских домов и хором XVII—XVIII вв. в Новгороде, Вологде, Олонце других городах. Здесь, соблюдая традиционную трехчастность, осуществляли разные варианты архитектурного решения. Так, по письменному договору — порядной 1684 г. — Вологодские хоромы им два жилых этажа на подклете и чердак, причем нижние горницы были срублены с остатком, а верхние — лапу» (рис. 1. 11). Жилые отапливаемые помещения — горницы (площадью по 40 м 2) — располагались двум сторонам от холодных сеней, в которых размещалась и лестница. Текст упомянутой порядной позволил реконструировать также внутренний вид горниц с резными скамьями вдоль стен, со стесанными «в лас» бревенчатыми стенами и тесовыми потолками по матицам, забранным «в косяк» (рис. 1. 11). Порядная указывает, что сени и горницы в этих хоромах покрывались под одну двускатную кровлю. Таким образом, это была крупная трехэтажная постройка высотой 8— 9 м до свеса кровли, с площадью этажа 120 м 2. Вологодские хоромы по порядной 1684 г.

Были и более сложные объемные решения трехчастных посадских хором, о которых известно из источников XII— XVII вв. В таких хоромах по одну сторону от сеней (рубленых или каркасных) устраивались горницы ( «покои» — спальни) : теплые — внизу, летние ( «терема» )— наверху, а по другую в отдельном срубе — общее помещение для всей семьи, а также приема гостей — «пова-луша» (от древнерусского слова «повальный» — общий) — в два-три этажа ( «житья» ). В подклете размещались подсобные помещения — кухни, кладовые, бани. Горницы, сени и повалуши были разной высоты и имели самостоятельные кровли. Наиболее высокая часть — пова-луша — имела разнообразные покрытия: в виде бочки, как в шестиэтажных хоромах Строгановых в Сольвычегодске , срубленных в 1565 г. (по рисунку Афанасия Чудинова, сделанному за год до их разборки — в 1793 г. ), либо на два ската, как в Московских хоромах XVII в. или же хоромах дъячего двора в Олонце того же периода. Хоромы дьячего двора в Олонце 17 век. Типы кровель

Приемы хоромного строения, выработанные в деревянном зодчестве, перешли в каменные здания XVI—XVII вв. В дворцовых деревянных постройках увеличение количества помещений привело к выделению отдельных хором, связанных переходами. До нашего времени не дошел ни один дворцовый комплекс, выполненный в дереве, но документы, рисунки и сохранившийся макет детально знакомят нас с выдающимся произведением деревянной дворцовой архитектуры XVII в. — дворцом в с. Коломенском под Москвой — наиболее сложным из известных образцов деревянного хоромного строительства на Руси. Простояв сто лет, в 1768 г. он был разобран из-за ветхости по указу Екатерины П. В состав Коломенского дворца входили семь хором (для царя, царицы, царевича и четырех царевен). Переходы связывали хоромы между собой, а также с подсобными помещениями и дворцовой каменной церковью. Каждые хоромы (в два-три этажа) состояли из нескольких клетей со своими сенями и крыльцами. Дворец был построен в 1667— 1668 гг. мастерами Семеном Петровым, Иваном Михайловым и частично перестроен в 1681 г. Сав-вой Дементьевым. Клети хором венчались всеми известными в деревянном зодчестве формами покрытий: шатрами, простыми и крещатыми бочками и кубами. Хоромы царя, царевича и царицы были обшиты тесом — прием, который не применялся в народной архитектуре. Фасады и интерьеры были богато украшены резьбой и росписью.

Сложное плановое построение дворца, размещение хором под разными углами, обилие форм покрытий — все это придавало дворцу живописность и создавало силуэтное разнообразие при обозрении его с разных сторон, когда то одна, то другая часть дворца становилась центром композиции. Эти качества вместе с единообразием фасадов (мощные рубленые стены нижних этажей и легкие каркасные — верхних) и общностью деталей резьбы и росписи делали дворец выдающимся по красоте и великолепию ансамблем памятником, воплотившим замечательное мастерство народных древоделов.

Простейшим типом русского крестьянского дома была изба -чет ы-рехстенок, состоявшая из жилой клети и небольших сеней — тамбура (рис. 1. 14, а). Такие постройки (без хозяйственного двора) были характерны для семей беднейших крестьян, не имевших лошадей и крупного скота. Изба устанавливалась на высоком подклете, использовавшемся для хозяйственных нужд, чтобы изолировать ее от сырой почвы и наметаемых зимой снежных сугробов. Жилая клеть и сени рубились из сосновых бревен, в пазы которых закладывался мох. С внутренней стороны Жилые дома-четырехстенки бревна гладко затесывались. Потолком служил бревенчатый а — ее. Ястреблево Вологодской обл. (начало XIX в. ); б — ее. настил, смазанный глиной и засыпанный сверху землей; Троицкая Слобода Вологодской обл. (XIX в. ) 1 — изба; 2 — клеть; 3 — сени; 4 — двор; 5 — взвоз; 6 — пол устраивался из пластин, пригнанных друг к другу. крыльцо; 1 — печь; 8 — голбец В одном из углов единого пространства избы на деревянный помост ( «опе-чек» ) ставилась глинобитная печь, около которой устраивался дощатый короб ( «голбец» ), скрывавший лестницу в под-клет. В противоположном наиболее освещенном ( «красном» ) углу находились обеденный стол и божница. Вдоль стен размещались лавки. Против устья печи крепился к стене стол-шкаф для приготовления пищи и хранения посуды. Русская печь благодаря своей многофункциональности была необходимой частью каждого жилого дома. Высокая ее теплоемкость обеспечивала равномерный обогрев избы в течение суток, позволяла долго поддерживать в горячем состоянии пищу и воду, сушить и обогревать одежду, а зимой спать на полатях около печи.

В дальнейшем развитии избы-четы-рехстенка характерно появление хозяйственной клети, а затем крытого двора по другую сторону сеней. Высокий подклет устраивался как под жилой частью дома, так и под хозяйственной, что позволяло в нижнем этаже держать скот, а в верхнем — запасы сена и хозяйственный инвентарь. Развитием односрубной четырехстенной избы с сенями стала изба-пятистенок, т. е. жилой дом, состоявший уже из двух смежных помещений, разделенных рубленой стеной. Появление избы такого типа, получившей повсеместное распространение, было вызвано жизненной необходимостью увеличения площади и количества помещений для крестьянской семьи. Следует отметить, что наиболее развитые типы крестьянских домов создавались на Русском Севере, так крестьяне северных областей, избежавшие крепостного закабаления, имели более экономически крепкие хозяйства и располагали достаточным количеством лесоматериалов. Все это способствовало также развитию народного творчества. Изба-пятистенок как один из простейших типов жилого дома была распространена весьма широко. Археологические материалы свидетельствуют о постройках такого типа в Новгороде XII в. , Москве XIV в. и повсеместном их распространении не только на Европейской Руси XVIII вв. , но и в отдаленных районах Русского государства: в Прикамье, Западной и Восточной Сибири, на Ангаре

Пятая стена жилой части дома разделяет избу (с печью) и горницу с отдельным входом из сеней, по другую сторону которых находится крытый двор. Изба освещалась двумя волоковыми и одним косящатым ( «красным» ) окном, горница — тремя «красными» окнами. Суровые зимы в северных районах Руси вызвали появление компактного по планировке дома-двора (дома-комплекса), в котором жилая и хозяйственная части находятся под одной кровлей, с устройством хозяйственного подклета под жилым этажом. На жилой этаж поднимались по двум крытым крыльцам, в хозяйственный двор попадали по деревянному пандусу ( «взвозу» ). Двор был также двухэтажный: вверху хранилась утварь и сено, внизу размещались хлева. В более южных районах жилые и хозяйственные постройки располагались отдельно вокруг открытого двора-усадьбы. Дом пяти-стенка в селе Брусенец 18 век. Дом А. Попова в с. Кузьминское Тарногского района Вологодской обл. , срубленный на рубеже XVIII и XIX вв. , является дальнейшим развитием избыпятистенка (рис. 1. 15, б). Здесь пятая стена делит дом уже на два равных трехоконных по фасаду помещения — избу и горницу (с «курной» печью в горнице и «белой» печью в избе). Более развиты здесь и хозяйственные службы. За двором с «боковушами» находились вторые сени, из которых попадали в зимнюю избу ( «зимницу» , «зимник» , «зимовку» ). В таких вторых избах, меньших по объему, жили зимой, чтобы расходовать меньше дров. В этих же целях до XIX в. многие дома топились «почерному» ; дым из них удалялся через деревянный короб — дымоволок с резным дымником над кровлей. Такие избы назывались «курными» , «черными» ,

Другим распространенным типом жилого дома, возникновение которого археологи относят к рубежу между XI и XII вв. , является изба-двойня и ее развитие —и збашестистенок, т. е. объединенные под одной крышей два рядом стоящих сруба, связанные сенями и переходом. Широко распространены были шести стенки в XVIII—XIX столетиях и на Русском Севере — в бассейнах Северной Двины, Онеги и Мезени. Естественно проветриваемое пространство между двумя избами делало жилище более долговечным. Увеличение расстояния между срубами позволяло создавать дополнительное помещение в доме: вначале — холодный чулан, позднее — комнату. Примером шестистенной избы является дом Н. Локшиной в с. Таратино Ленского района Архангельской обл. , срубленный в Жилой дом шести стенок начало 19 века Архангельская обл. первой половине XIX в. а - фасад; б - боковой фасад; в - план; 1 - изба; 2 - заулок; 3 - горница; 4 - сени; 5 - двор; 6 - светелка; 7 зимовка; 8 - ввоз; 9 - крыльцо. Он состоит из трех жилых помещений, выходящих на главный фасад — «перед» (изба, «заулок» , горница). По другую сторону сеней находится «озадок» — крытый двор с двумя клетями ( «светелка» и «зимовка» ). Весь комплекс поставлен на высокие подклеты и покрыт общей кровлей. В сени ведет крытое крыльцо, стоящее на одном столбе, на второй этаж двора — пандус ( «взвоз» ). Шестистенная изба могла быть и иного типа, когда между нею и горницей вместо заулка устраивались сени. В этом случае главный вход и парадное крыльцо перемещались с бокового фасада на передний и становились центром всей композиции.

На Русском Севере зажиточные крестьяне для больших семей нередко возводили пяти- и шестистенные избы в два жилых этажа. Не менее древним типом жилой постройки является дом «кошелем» , получивший широкое распространение в Карелии (Заонежье), низовьях Печоры и в Прикамье. В доме этого типа принципиально иная компоновка жилой и хозяйственной частей. Ставший здесь еще большим двор примыкает к жилой избе с боковой стороны, в отличие от предыдущих типов, в которых жилая и хозяйственная части располагались одна за другой — по продольной оси (дом «брусом» ). Двор и изба размещены также компактно (о чем говорит и само название) под одной, но уже асимметричной двускатной кровлей и составляют единую плоскость переднего фасада. Дом А. Аверина из с. Сенная Губа Медвежьегорского района КАССР — один из многих вариантов дома «кошелем» ). Высокую жилую его часть нередко опоясывал балкон для закрывания ставен (рис. 1. 19). Верхняя часть сруба двора ставилась на столбы, что позволяло периодически менять подгнивающие нижние венцы, не разбирая весь сруб. Перечисленные типы жилых домов в каждом регионе приобретали индивидуальные особенности. Но и внутри региона при одинаковой традиционной схеме планировки наблюдалось разнообразие общих пропорций, резных деталей и росписей, которыми украшались свесы карнизов, фронтоны и нижние плоскости балконов. Дом "кошелем" вторая половина 19 века. Карелия.

Основной принцип народной архитектуры — неповторимость каждого сооружения при повторяемости его элементов — был обусловлен постоянным общением с природой, не терпящей повторений. Эту задачу удава-лодь решить, невзирая на то, что, средства были весьма ограничены: бревно, брус, тес, позднее — резьба. Резьбой украшались преимущественно фронтоны домов, наличники и ставни окон, крыльца. Народные мастера знали и принимали во внимание художественный эффект контраста тонких резных деталей на фоне суровой бревенчатой стены. В характере резьбы учитывались особенности климата в разных районах Руси. Домовая резьба в городах и селениях Верхнего и Среднего Поволжья — так называемая глухая резьба (рис. 1. 20, а), выполнявшаяся ' с помощью долота, была рассчитана на солнечное освещение, тогда как северная прорезная (пропиловоч-н а я ) резьба при меньшем количестве солнечных дней предусматривала и силуэтное восприятие (рис. 1. 20, б). Если внимательно присмотреться к рядом стоящим и, казалось бы, очень похожим жилым домам, то обнаруживаешь у них разные пропорции срубов, различные конструкции и рисунки крылец, непохожие узоры оконных наличников, неодинаковый выгиб «охлупней» — шеломов на коньках крыш. Тот же принцип художественной неповторимости соблюдался и в интерьерах. При глубоко продуманной целесообразности любой детали внутреннего убранства дома искусная индивидуальность проявлялась то в оригинально сложенной печи, то в своеобразии резного узора лавок, то в росписи подпечья и шкафов.

Типы древнерусских фортификационных сооружений. Виды типовых оград, виды стен срубами, детали их. Типы башен и детали их конструкции. n Каждый заселенный пункт для охраны от вражеских нападений был окружен укреплением в виде земляных валов, каменных или деревянных (но непременно венчатых) стен. Большие города или имели несколько примыкавших друг к другу колец укреплений, или несколько концентричных колец. Как тот, так и другой вид расположения укреплений не представляли собой заранее обдуманной системы, но просто являлись следствием увеличения числа гражданских сооружений города, возникавших вне первоначальной линии укреплений и требовавших для их охраны устройства новой линии укреплений. В случае концентричного расположения стен или валов каждая часть города вместе с окаймлявшим ее кольцом стен носила особое название: центральная часть называлась первоначально «детинцем» , «днешним градом» , а впоследствии — «кремлем» или «кремником» ; наружные кольца города с их стенами назывались «окольным градом, охабнем кромом или кромьным градом» . Укрепленные пункты, ограды которых были не венчатые, а состояли из тына с заостренными верхушками бревен, назывались «острогами» , причем если в таких пунктах имелось постоянное население, то такие остроги назывались «жилыми» , а «стоялыми» острогами назывались такие, которые только временно вмещали в себе гарнизоны, посылавшиеся в них лишь на время военных действий.

В более глубокой древности остроги, вероятно, устраивались в большинстве случаев без башен, но впоследствии башни стали делать постоянно, причем если замкнутая линия тыновой ограды имела не более четырех башен, то такое укрепление сохраняло название острога; если же число башен превышало четыре, то тогда укрепление получало название «города» . Такой терминологии придерживался, по крайней мере, Семен Ремезов, составивший в 1701 г. свою «Чертежную книгу Сибири» , в которой имеется много изображений различных укрепленных пунктов Сибири, являющихся весьма ценными для истории древнерусской фортификации.

Менее всего конструктивных затруднений при их устройстве представляли тыновые ограды, которые поэтому вошли, вероятно, в употребление значительно ранее оград рубленых, то есть венчатых. Когда именно появились впервые тыновые ограды, в точности неизвестно, но упоминания об острогах встречаются в летописях при описании событий, относящихся к первой половине XII века. Основываясь на некоторых летописных рассказах, можно предположить, что тыновые ограды различались по высоте, а именно, если тын устраивался для образования стен острога, то его делали значительной высоты (от 2 -х до 3 -х саженей), так как его вкапывали или непосредственно в грунт за рвом (рис. 97 а), или в невысокий вал, образованный землей, вынутой из рва

Более сложным видом тыновой ограды являлся такой, при котором оборона производилась как поверх тына, так и из-за него, то есть такая тыновая ограда, которая имела и «верхний бой» и «подошвенный» . Для образования первого в тын врубались, на равном расстоянии друг от друга (от 1 до 1, 5 саженей), поперечные рубленые стенки, служившие опорой для бревенчатого настила (наката), поверхность которого опускалась от верха тына приблизительно на высоту груди ратника (рис. 99). Такой тип тыновой ограды, без сомнения, отличался большей устойчивостью, нежели первый, так как его рубленные стенки представляли солидные контрфорсы; и назывался он в XVII веке «стоячим острогом» в отличие от «косого острога» , разнившегося от стоячего лишь тем, что ему придавали наклон в сторону ограждаемого пространства. Иногда конструкция как косого острога, так и стоячего имела вид, показанный на рисунке 100 а. На помост верхнего боя защитники острога поднимались или по лестницам башен, или по особым всходам, которые отчасти играли также роль контрфорсов.

Очень серьезную защиту давали такие тыновые ограды, у которых все пространство между тыном, настилом и задними стойками засыпалось землей (рис. 100 б); такие тыновые ограды, по существу, уже близки к стенам, изображенным на рисунке 100 в. По мнению Ф. Ласковского, они появились в XVII веке, но в действительности такой тип ограждений применялся, вероятно, и ранее, так как он представляет собой переход от тыновых оград к венчатым стенам. В самом деле, невысокая тыновая ограда, играющая роль бруствера, помещена здесь на стоящих вплотную друг к другу низких срубах, заполненных землей и заменяющих невысокий земляной вал описанных выше острогов, который, вне сомнения, представлял меньше затруднений для штурмующих, нежели такие срубы. Наиболее древним типом рубленых стен является тот, в котором каждое прясло* стены состояло из нескольких поставленных рядом венчатых срубов ( «городней» ), засыпанных внутри землей или камнями (рис. 101 а). Длина каждой городни зависела от имевшегося в распоряжении строителей леса, а толщина находилась в зависимости от условий удобного действия оборонявшихся ратников.

Неудобство такого приема устройства стен заключалось, во -первых, в том, что боковые части городней, примыкавшие вплотную друг к другу, быстро загнивали и, во-вторых, в том, что отдельные элементы такой стены (городни), будучи один с другом ничем не связаны, получали различную осадку, вследствие чего уничтожалась общая ровная горизонтальная поверхность стены и потому затруднялись действия защитников. * Пряслом назывался участок стены, расположенный между двумя башнями. Указанные недостатки в значительной мере устранялись при устройстве стен «тарасами» , главное отличие которых от городни заключалось в том, что их наружные и внутренние (продольные) стены были цельными. Наружная и внутренняя стены соединялись перпендикулярными к ним поперечными стенами, врубленными в них на расстоянии 3— 4 сажен друг от друга, и засыпались землей или камнями; участок ограды между двумя поперечными стенками и назывался собственно «тарасой» .

Толщина таких стен колебалась от одной до трех сажен, а высота их была очень различна, в зависимости от того, ставилась ли стена непосредственно на поверхности грунта или же на вершине земляного вала; впрочем, ниже одной сажени рубленые стены, вероятно, не делались, причем, такую высоту им придавали в сравнительно позднюю эпоху, когда стали более полагаться на численность защитников и на их военное искусство, нежели на неприступность самих стен; первоначально же стенам придавали значительную высоту, никогда, однако, не превышавшую стен каменных, что, конечно, зависело исключительно от свойств материала деревянных стен. Для придания стенам большей устойчивости, в особенности тем, которые имели значительную высоту, их рубили не под одну вертикальную плоскость, а уширяли их основания откосами, устраивавшимися как с наружной, так и со внутренней стороны ограды.

По верху стен из тарас шел боевой ход. Для ведения «подошвенного боя» (обстрела пространства у стен крепости) стена боевого хода выносилась вперед на бревенчатых консолях ( «облам» ), нередко с бруствером, и для устойчивости перевязывалась поперечными стенами. В стене и в полу облама устраивались бойницы ( «стрельницы» ), сверху боевой ход перекрывался двускатной стропильной кровлей, опиравшейся со стороны города на стойки-столбы

Важным элементом крепости были боевые башни ( «вежи» ). Первоначально (XII—XIV вв. ) вежи ( «столпы» , «костры» ) устраивались внутри крепости и предназначались для наблюдения за врагом. Но очень скоро башни стали возводиться в ряд со стенами (первое упоминание о стеновых башнях встречается в летописи под 1553 г. ); рубились они в четыре, шесть и восемь стен. До нашего времени дошло очень немного деревянных башен. В европейской части России сохранилась надврат-ная башня Николо. Карельского монастыря (1691 — 1692 гг. ) вблизи Архангельска, утерявшая боевые детали (перевезена в музей «Коломенское» Московская башня (1671 г. ) Олонецкого города (реконструкция М. И Мальчика и т Ю. С. Ушакова) под Москвой). В Сибири до наших дней дошли башни Якутского , Илимского и Юилъского острогов. Четкое представление о принципах устройства башен можно составить по описаниям и изображениям городов и монастырей. Например, согласно плану Тихвинского монастыря (1679 г. ) или Олонецкого города (90 -е годы XVII в. ; рис. 1. 32) башни возводились на всех углах города и по середине стен ( «прясел» ) примерн на равных расстояниях. Для бокового обстрела башни выдвигались в сторону «поля» и имели от двух до пят боевых «ярусов» ( «мостов» ). В верхнем ярусе устраивался облам, а верх I башни покрывался колпаком либо шатром (рубленым или стропильным) с тесовой кровлей. Шатер нередко завершался дозорной вышкой ( «смотрильней» ) для наблюдения за врагом);

Для той же цели одна или две башни города рубились особенно высокими. Часто именно они и были проездными ( «воротными» ; ) Органичное чувство пропорций, тонкий художественный вкус, умение увязать любую постройку с природным окружением были присущи народным зодчим даже при возведении таких суровых и, казалось бы, сугубо утилитарных сооружений, как крепости. Деревянные крепости успешно противостояли врагу, выдерживая длительные осады, и только совершенствование военной техники и частые пожары ускорили замену деревянных крепостей каменными. Новую крепость возводили вокруг старой, оставляя ее на случай нападения врага до завершения строительства.

Литература http: //slavyanskaya-kultura. nnm. ru/russkoe_zodchestv n http: //wood. totalarch. com/krasovsky/5 n