Человек 53152 Не живые и не павшие

Человек № 53152 Не живые и не павшие, просто – без вести пропавшие. 2011 Работу выполнил ученик 11 а класса Вохомской средней обще образовательной школы Вохомского района Костромской обл. Кузнецов Евгений Николаевич (1)

Дядя отца Кузнецов Николай Александрович. Погиб на Украине в Виннице в 1944

Бабушкин брат Герасимов Михаил Антонович. Еще один брат воевал, вернулся живым, но, к сожалению, я не нашёл его фотографию.

Мой прадедушка Чигарев Василий Михаилович Погиб в 1943 г.

Мой прадедушка Останин Андрей Алексеевич. Погиб на Ленинградском фронте в конце 1943. Погибли и его два младших брата: Григорий и Иван Вернулся старший Алексей.

Сестра дедушки Галина Грамузова и её муж Максим -командир отряда – партизаны Белорусии. Онаразведчица.

Нефёдов Антон Петрович. Пропал без вести в 1941 году, как и 3 миллиона советских солдат, семьи которых получили официальное уведомление с такой формулировкой. Ну как же так! Не может человек совсем не оставить следа! С этим чувством мы начали наше расследование. Нам помог интернет и , наверно, чудо. В ответ на наш запрос в Германию получили такую карточку.

Благодаря пунктуальности немцев, стало известно, что Антон попал в плен под г. Двинском в начале сентября 1941 года. В интернете нашли Двинск. Привлекло внимание название лагеря «Шталаг 340» , продолжаем поиск.

Да угавпилс (русск. Двинск), ранее Двинск. Является крупнейшим городом восточной провинции Латвии — Латгалии, её культурный, образовательный и промышленный центр. Большой и важный железнодорожный узел. В годы Второй мировой войны 26 июня 1941 года город заняли немецкие войска. Генерал-полковник германской армии Хайнц Гудериан отметил в своих воспоминаниях «[26 июня] 8 -й танковой дивизии группы армий „Север“ удалось овладеть Двинском (Даугавпилс) и захватить в этом районе мосты через р. Западная Двина. » . В предмостном укреплении крепости было оборудовано еврейское гетто. В Погулянском лесу происходили массовые расстрелы. За северным валом крепости находился лагерь для советских военнопленных «Шталаг-340» ( «Stalag 340» ). Во время Второй мировой войны на территории города было уничтожено более 165 тысяч человек, а город был разрушен более чем на 70 %.

В годы Второй мировой войны 26 июня 1941 года город заняли немецкие войска. Генерал-полковник германской армии Хайнц Гудериан отметил в своих воспоминаниях «[26 июня] 8 -й танковой дивизии группы армий „Север“ удалось овладеть Двинском (Даугавпилс) и захватить в этом районе мосты через р. Западная Двина. » . В предмостном укреплении крепости было оборудовано еврейское гетто. В Погулянском лесу происходили массовые расстрелы. За северным валом крепости находился лагерь для советских военнопленных «Шталаг-340» ( «Stalag 340» ). Во время Второй мировой войны на территории города было уничтожено более 165 тысяч человек, а город был разрушен более чем на 70 %.

С сентября по октябрь 1942 г. узником концлагеря «Шталаг-340» был известный татарский поэт Муса Джалиль.

Сравнив номерные знаки Антона и узников Шталага 340, видим отличия. Следствие заходит в тупик. А если нижняя цифра – это номер лагеря? Опять ищем в интернете. И вот удача, лагерь с таким номером действительно был. Шталаг 308 (VIII E), Нейхаммер [полное название: Kriegsgefangenen Mannsschtatsstammlager –стационарный лагерь для военнопленных] был создан 4 апреля 1941 года на территории VIII военного округа Германии и был предназначен для приема советских военнопленных. Первая партия военнопленных была доставлена в лагерь 17 июля 1941 г. А эти не доехали…

Свидетельство очевидца : "Среди густого векового леса ровная площадка песчаной земли обнесена сеткой проволочного ограждения. Деревья почти вплотную подступали к огороженному прямоугольнику. Перед единственными входными двойными воротами, затейливо скрученными из колючей проволоки, по обеим сторонам с внутренней стороны, Образуя проход, расположены в ряд по три клетки размером 2 x 2 метра из той же проволоки. Это карцеры. Все заполнены. Свободных нет. Чем-то провинившиеся имеющие силы стоят, шатаются, переступая с ноги на ногу. Большинство лежат, свернувшись калачиком, с острыми выпирающими лопатками. . . Тысячи советских военнопленных в одиночку и группами бесцельно бродят по этому загону. Разнообразие форм и расцветок одежды заключенных: летние гимнастерки, шинели, гражданские костюмы, плащи, демисезонные пальто, сорочки.

В хорошую погоду днем тепло, но ночи страшны. От холода, пронизывающего и леденящего, нет спасения. Единственное сооружение внутри загона — бетонная уборная, которая укрывает от стужи несколько десятков пленных, которые стоя спят. Холод заставлял зарываться в землю. Песчаный грунт легко поддается разработке. Небольшими группами в 2 -3 человека желающие роют ямки, можно было, прижавшись, сидеть в них. Кто имеет шинель или пальто, укрываются сверху. Так по лагерю ежедневно появлялись бугристые участки с сотнями ямок, которые зачастую превращались в могилы для тех, кто не успевал выбраться из них при стихийном наскоке обезумевшей толпы. Почти каждый день для развлечения администрация лагеря перебрасывала через колючую проволоку в толпу брюкву. Перебрасывали в разных местах и в разное время. Потерявшие от голода и холода разум тысячи людей набрасывались на брюкву. Они метались по лагерю от одного места переброса к другому. Десятки трупов и сотни покалеченных оставались на местах трудновообразимых свалок. Ямки-укрытия затаптывались со всеми теми, кто не успевал выбраться из них, и бугристые участки превращались в ровные поля с торчавшими вверх руками, ногами, туловищами.

Несмотря на постоянную опасность быть заживо погребенными, холод заставлял рыть новые укрытия, которые на следующий день или через день опять превращались в могилы. Сохраняя все меры предосторожности, можно было предохранить себя от последствий всевозможных провокаций, но от голода, холода спасения не было. Не было и малейшей надежды на изменение условий. Каждый день уносил оставшиеся силы. Странно было смотреть на товарищей. Поползли слухи о попытках людоедства. Нужно было что-то предпринимать, что-то делать, иначе неизбежная смерть. Огромная огороженная территория и полное отсутствие каких бы то ни было жилищ. Стоял октябрь, а у нас не было ни сапог, ни шинелей, ни шапок. Устраивали себе жилища, кто как мог — чаще всего выкапывали ямы в песке и покрывали их корнями деревьев, попадавшимися при копке. По утрам палками и плетками выгоняли нас немцы на поверку.

Свидетельство очевидца (№ 308 - 41 086): " (из лагеря Хелм) в октябре 1941 года. . . Пригнали в лагерь № 308. Пленных было очень много, и каждое утро на фургонах вывозили по 200 человек мертвецов. Ужасные условия: питание один раз в сутки -суп из брюквы и шпината. Ночью холод, днем снова дубинки и стрельба из автоматов по живым мишеням. Вшей было столько, что казалось земля дышит. Я заболел тифом. Превратился в живой скелет. Лежал в санчасти тут же, в лагере. " Лузин М. С. Антон не выдержал, побег весной 1942, поймали… 12 суток карцера. Что было за этими сухими строчками?

Бывший узник концлагеря В. Остен написал стихотворение: «Противной дрожью трясёт колени, И ноги вязнут в холодной жиже… Мы предназначены для истребления, А каждый шепчет: - Мне надо выжить Но люди сшиты по разной мерке: Не все имеют закалку стали. В тот вечер, выйдя на плац проверки, Мы очень многих не досчитались. Дождь стучит за окном. Дождь не даёт мне покоя. Я не могу забыть… Да разве забудешь такое? » Как ты дожил, дядя Антон, в этом аду до 1944 года? В учётной карточке последняя запись: «Июнь 1944 года – побег. » Где лежат твои косточки? Может убит при поимке? Или затравили собаками? А может утонул в немецкой реке? Домой ты не вернулся. А может…