Бухара узбекск Buxoro один из древнейших

Зарегистрируйтесь, чтобы просмотреть полный документ!

Бухара — (узбекск. Buxoro) — один из древнейших городов Узбекистана. Центр Бухарского вилоята. Культурный слой на территории города составляет более 20 м. Именно на такой глубине археологи обнаружили остатки жилых и общественных зданий, посуду и монеты, орудия труда и ювелирные изделия, которые датируются IV веком до н. э. Возраст Бухары достигает 2500 лет. В древности она входила в состав одной из областей Средней Азии — Согда, где уже во времена Александра Македонского была развита градостроительная структура. Недалеко от города располагалось античное поселение Варахша, известное своими великолепными настенными росписями, представлявшими сцены охоты на гепардов. Центром Бухары является крепость Арк, где проживали правители и их приближённые. За её стенами сложился собственно город — «шахристан» . Его окружали торговоремесленные предместья — «рабад» . Через Бухару пролегал Великий шёлковый путь. Здесь было более 60 караван-сараев, где размещались купцы из Индии, Китая, Ирана и других стран. Историк X века Наршахи, родом из Бухары пишет, что ни один город не имел столько названий как Бухара. Китайцы и уйгуры называли город "Бухар", что означает местонахождение идолов. Известный русский ученый Бартольд считает, что Бухара происходит от санскритского (древнеиндийского) "Бихара", означающего монастырь. Все эти термины близки к современному названию "Бухара". Государственная символика Бухарского эмирата

Со II века до нашей эры по III век нашей эры Бухара входила в состав Кангюя. В V веке - в составе государства эфталитов. В VI - начале VII века - в составе Западного Тюркского каганата. С приходом арабов в VII веке в Бухаре распространился ислам. С этого времени начали возводиться мечети и минареты, медресе и культовые комплексы. Более тысячи лет восхищает своей красотой, безупречностью пропорций и гениальным замыслом мавзолей Саманидов. Архитектурные ансамбли Пои Калян, Ляби-хауз, Гаукушон и другие являются лучшими образцами творений средневековых зодчих. В Бухаре сохранилось также множество памятников жилой архитектуры и дворцов, бань и торговых сооружений. Особую прелесть таят в себе загородные архитектурные ансамбли Бахавуддин, Чор-Бакр, Тошмачит и др. Этот удивительный город не выходил за пределы своей городской крепостной стены, построенной в XVI веке, и вместил в себя более 200 медресе и множество базаров, на которых можно было, без преувеличения, купить абсолютно всё. Ходить по Старой Бухаре, основанной ещё в первых веках до нашей эры, приходится буквально по памятникам древних цивилизаций. Свой современный облик город приобрёл во времена династий Шейбанидов и Аштарханидов в XVI—XVII веках, когда были построены большинство из его изумительных мечетей и медресе, караван-сараев и бань, крепостных стен и ворот, а также крупные архитектурные ансамбли и усыпальницы. До наших дней сохранились стены старинной цитадели, более 140 архитектурных памятников мусульманской эпохи (минарет Пои-Калян XII века, медресе Кукельдаш и Улугбека XI—XVI веков, Ляби-Хауз XVI—XVII веков, мавзолей Исмаила Самани IX—X веков), удивительные кварталы и узкие улочки старого города. В сохранившихся памятниках чётко прослеживаются черты местной самобытной архитектурной школы, свидетельствующей о незаурядном мастерстве бухарских зодчих.

Эмир Бухарский

Итак, первый памятник Бухары — ее крепостные стены и ворота. Сохранившийся с гигантскими брешами участок крепостной стены Бухары — уникальный памятник оборонной архитектуры Узбекистана, важное звено утраченной исторической топографии города, тесно связанное с его историей. Как сообщает автор "Истории Бухары" Наршахи (X в. ), первые стены шахристана Бухары были возведены еще при арабских наместниках Тахиридах в VIII в. Территория процветавшего города значительно расширилась и была обнесена в 849/50 гг. новым прямоугольником стен, охвативших и Арк, и раннесредневековый шахристан. Затем эти, уже обветшавшие к XII в. стены были укреплены новым сырцовым крепостным валом при караханидском правителе Арслан-хане (1102— 1130 г. ). "Еще новый вал" из жженого кирпича опоясал Бухару в 1164/65 г. при Маъсуде Клыч Тамгач-хане. Оба вала, пришедшие в негодность, были восстановлены в начале XIII в. (1207/08 г. ) при хорезм-шахе Мухаммеде, но уже в 1220 г. они были разрушены во время монгольского нашествия войск Чингиз-хана. Далее следует период запустения и сокращения территории города. Источники и памятники свидетельствуют о его возрождении уже в середине XIII в. , когда были возведены два крупных медресе — Масудийе и Ханийе. Автор XV в. ал-Бакуви приводит данные о двух кольцах крепостных стен Бухары: внешнее охватывало площадь 12 x 12 фарсахов (1 фарсах равен 6 км), внутреннее замыкало площадь раннесредневекового ядра — Арка, 1 х 1 фарсах, ". . . И нет на этом пространстве ни единого пустыря, ни единой развалины". Следующее кольцо стен окружало пригороды в 1540— 49 гг. при Абд ал-Азиз-хане I.

Талипач Исследованиями установлены названия одиннадцати городских ворот, из которых пять, размещались на сохранившемся Талипач на севере, Каракуль — на юго-западе и буквально на участке. Уцелели только ворота конца XVI в. — глазах, в наши дни утраченные — Шейх Джалал на юге. Каракуль

цитадель и резиденция бухарских правителей — Арк Как уже сказано, самый древний памятник Бухары — по археологическим данным относят к III в. до нашей эры. За многие века строительства и разрушений на месте Арка образовался искусственный холм высотой 18 метров; верхний слой его был застроен при последних бухарских эмирах. Наращиваемые друг на друга крепостные степы превратились в пеструю глинобитную облицовку холма. Сохранившихся строений в Арке немного: деревянная каркасная застройка выгорела при пожаре 1920 г. Общая планировка восстанавливается по историческим документам. Первое из сохранившихся сооружений — Ворота Арка, обращенные на запад к площади, называвшейся Регистаном. Ворота были выстроены в XVIII в. в виде массивного портала с мощными двухзвенными башнями по сторонам от арочного проезда.

Площадь Регистан сложилась к западу от Арка еще в доарабское время как общественный центр города; до XII в. ее застраивали административными зданиями диванов и дворцами знати, а позже заполнили базарные постройки: у входа на площадь раскинулись Раста-йи тиргарон, где продавалась продукция оружейников, в центре был пассаж Токи Орд Фурушон и тимча по продаже головных уборов, а между ними кипел пестрый восточный базар. У входа в Арк теснились арсенал, приемная главного военачальника — кушбеги, а также большая мечеть Поянда, квартальные мечети ремесленных цехов, медресе цеха мясников Бозори Гусфанд. Здесь же была и больница — "дар аш-шифа, где опытные врачи лечили больных (врачебными) питьями и пищей". В этом здании, построенном по типу медресе, но с больничными покоями, амбулаторией и аптекой, велось обучение будущих врачей.

Напротив Арка расположен единственный сохранившийся памятник Регистана — комплекс Боло-хауз , XVIII в. , с запоминающимся роскошным расписным многоколонным айваном, который отражается вместе с минаретом в водах хауза.

Недалеко от Регистана, в парке, разбитом на месте древнего кладбища, сияет жемчужина центрально-азиатского зодчества — мавзолей Саманидов, фамильная усыпальница правителей местной династии, утвердившей в Мавераннахре фактически независимое от халифата государство. Освобожденный от двухметровой толщи наслоений и полностью восстановленный, он вновь доступен обзору с четырех сторон, как первоначально было задумано его гениальным автором. Этот памятник знаменует начало новой эпохи в развитии центрально-азиатского зодчества, возрожденного после арабского завоевания. Очевидно, что на древней земле продолжали развиваться древние традиции, но уже в новом качестве: техника строительства из жженого кирпича, ее конструктивные и художественные возможности, средства архитектурной выразительности являются заслугой нового времени, хотя еще и несут в себе привычную "знаковую систему", происходящую от доисламской культуры. По дороге к выходу из парка сохранился еще один интересный мавзолей Чашма-Аюб "источник Иова"— сложный, многократно перестраивавшийся в течение XIV—XIX вв. памятник, принявший в итоге форму продолговатой призмы, увенчанной разнообразными по форме куполами над помещениями разного размера и формы. Острый, запоминающийся силуэт ему придает поднятый на цилиндрическом барабане двойной куполок с конической скуфьей, отмечающий собой главное помещение с источником.

В том же районе, недалеко от парка, находится один из самых привлекательных ансамблей "Кош-медресе", характерных для Бухары. "Кош" - значит "двойное, парное"; здания высших учебных заведений стоят друг против друга по сторонам узкой улицы, "переглядываясь". Модар-и хан Первое из них — медресе построил от лица матери Абдуллахан II (Абдаллаххан). Дата постройки — 947 год хиджры (1566/67 гг. ) указана в стихотворной майоликовой надписи над входом. По композиции это "типовое" учебное заведение с общежитием студентов и преподавателей вокруг двора, общественными залами мечети и аудиториями — дарсхана во входной части здания, по обе стороны от портала. Главный фасад богато облицован кирпичной многоцветной мозаикой. Второе здание — медресе Абдаллах-хана, выстроенное в 1588 — 90 гг. , — одно из выдающихся произведений центрально-азиатского зодчества.

Мир-и Араб Средневековая Бухара — феномен искусства зодчих. В XVI—XVII вв. продолжалось творческое развитие сложившейся ранее системы архитектуры, несмотря на экономический спад, непрестанные феодальные распри, постепенное выключение Центральной Азии из широких международных связей во времена великих географических открытий на Западе. Начало XVI в. было неспокойным временем неустойчивой власти первых узбекских государей, переноса столицы попеременно из Самарканда в Бухару. Но и тогда создавались оригинальные произведения, свидетельствующие, что не оскудел и не угас творческий дух строителей; в городе было построено медресе Мир-и Араб, центральный ансамбль Пои Калян (Пай-и калан) (1530 -е гг. ), возведены изумительные квартальные мечети Ходжа Зайн ад-Дина и Балянд, положено начало загородному ансамблю Баха ад-Дин. Пои Калян Балянд

В Бухаре XVI в. была очень сильна творческая интеллигенция. Наука и поэзия были открыты "третьему сословию" — широким кругам ремесленников, мелких торговцев, лавочки которых часто служили ареной диспутов, описания которых имеются в средневековой литературе, в частности в мемуарах Васифи. Создавались труды по истории и географии (например, "Хафт иклим" - "Семь климатов" Амин Ахмеда Рази, уроженца г. Рея в Иране), развивалось искусство каллиграфии и миниатюр, мастерами которой в то время считались Султан Али Машхади, Махмуд ибн Исхак аш-Шахиби, теоретик каллиграфии Дервиш Мухаммед Бухари, Маулян Махмуд Музаххиб, Джелаледдин Юсуф и другие. Популярны были произведения поэтов и ученых-богословов Мушфики, Низами Муамайа, Мухаммеда Амин Захида; известно имя одного из врачей - Маулана Абд ал-Хакима. Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного Абу Али ибн Сино (980— 1037), Известны имена и других деятелей науки и культуры в предшествующие эпохи и последующее время: энциклопедист и врач Абу Али ибн Сино (980— 1037), крупнейшие историки Балъами и Наршахи (X в. ), ал-Утби (XI в. ), Абу Абдаллах Мухаммад ибн Ахмад ал. Бухари (умер в 1021 г. ), поэт Исматаллах Бухари (1365— 1426), литературовед Карри Рахматаллах Бухари (умер в 1893 г. ), каллиграф мирза Абд ал-Азиз Бухари (конец XVIII—начало XIX вв. ) и многие другие.

В гуще жилых кварталов скрыта одна из жемчужин Бухары — комплекс Ходжа Зайнутдина первой половины XVI в. , построенный на берегу самого старого из сохранившихся в Бухаре хаузов. Стенки этого бассейна облицованы мрамором. В юго-восточном углу, у ступенчатого схода к воде устроен мраморный резной водослив в виде раскрытой пасти дракона-аджарх, оправленный в орнамент и эпиграфику. Один из крупных ансамблей центра города — Ходжа-Гаукушон. Гаукушон — "убивающий быков": на этом месте до XVI в. была бойня. Медресе Гаукушон построено в 1570 г. на развилке улиц, чем и объясняется его трапециевидная форма, что, впрочем, не помешало сохранить традиционную дворовую схему. В 1598 г. с севера, отступив на ширину улочек, джуйбарский шейх Ходжа Калон построил пятничную мечетьджума, названную "Мечеть Ходжа".

На подходе торговой улицы к главному перекрестку шахристана сложился центральный Пои Калян ансамбль Бухары, формирующий ее неповторимый силуэт — , то есть "подножие Великого", подножие великого минарета Калян. Это историческое место. К югу от Арка традиционно, с 713 г. , строились, рушились, восстанавливались после пожаров и войн, перемещаясь с места на место, здания главной соборной мечети города. Первое такое здание на месте существующей мечети Калян было возведено в 1121 г. караханидским правителем Арслан-ханом; она сгорела во время захвата Бухары полчищами Чингиз-хана. От ансамбля XII в. сохранился величественный минарет, возведенный в 1127 г. перед главным фасадом мечети Арслан-хана.

Доминанта ансамбля — минарет Калян (Минарайи калан) — господствующий над городом гигантский вертикальный столб. Значение его выходило далеко за пределы практического назначения: для возглашения призыва на молитву достаточно было подняться па крышу мечети, как это и делалось в первые века после установления ислама; позже для этого стали использовать башни римских святилищ, колокольни христианских церквей, зороастрийские "башни огня" и другие вертикальные сооружения, разнообразные типы которых сложились у разных народов мира задолго до ислама. Слово "минарет" происходит от арабского "минора" "место, где что-то зажжено". По надписи в бирюзовой майолике под карнизом фонаря минарета Калян установлено, что он был завершен в 1127 г. На половине высоты ствола читается имя Арслан-хана. Обнаружено и имя мастера — Бако, захоронение которого местные жители указывают среди домов соседнего квартала. Бако возвел характерный для Мавераннахра минарет в виде круглоствольной кирпичной башни, сужающейся кверху: диаметр ее внизу — 9 м, вверху — 6 м, высота — 45, 6 м. Внутри столба вьется кирпичная винтовая лестница, ведущая на площадку шестнадцатиарочной ротонды — фонаря, опирающегося на выступающие ряды кладки, оформленные в виде пышного сталактитового карниза — шарафа.

Мечеть Калян (Маджид-и калан) равна по масштабу мечети Биби-ханым в Самарканде. При едином типе здания — это совершенно различные произведения зодческого искусства. Опорой многокупольного перекрытия галереи, обходящей двор мечети Калян, служат монументальные пилоны. Продольная ось двора завершается максурой — портально-купольным объемом здания с крестообразным залом, над которым возносится голубой массивный купол на мозаичном барабане.

Строительство медресе Мир-и Араб приписывается шейху Абдаллаху Йамани (из Йемена), духовному наставнику ранних шейбанидов. В строительство медресе он вложил средства Убайдуллахана (1512— 1533). Значение культурного центра Бухара сохраняла и в XIX в. : "Медресе Бухары пользуются большой известностью во всем Туркестане. Сюда приезжают студенты из Хивы, Коканда, Гиссара, даже Самарканда, из многих татарских областей. . . В Бухаре насчитывается до 60 медресе, более или менее богато устроенных", — свидетельствует Демезон в 1833/34 гг. Судя по описанию X в. , библиотека представляла собой многокамерное здание: вестибюль вел в длинный сводчатый зал, соединенный с более мелкими выходящими в него помещениями, где вдоль стен стояли шкафы с книгами. Здесь же размещался каталог, служители и места для занятий, а в отдельных комнатах — труды по отраслям науки. Известно, что и в 1540— 50 гг. в Бухаре была построена библиотека, "не имевшая себе равных" во всем свете; библиотекарем — китабдаром в ней работал Мир Абид Хусайни, замечательный каллиграф, хорошо владевший почерком насталик, райхани и др. , великолепный миниатюрист и инкрустатор, о чем сообщает антология Хасана Нисари "Музаккир ал-Ахбаб".

Минуя Пои Калян, былая торговая магистраль приводит нас к древнейшему перекрестку главных магистралей средневекового шахристана, куда сходились традиционные "четыре базара" — "чахар сук", вливавшиеся в купольное здание, на которое перешло название перекрестка — Чорсу. На месте древнего Чорсу Бухары в 1569/70 гг. , как сообщает летописец XVI в. Хафизи Таныш, был возведен крупнейший из сохранившихся торговых пассажей Бухары — Так-и заргарон, купол ювелиров, превосходное в своем роде здание. Торговая улица, заполненная каравансараями и рядами прилавков, проходила к югу от Таг-и заргарон. Эта структура не сохранилась до сегодняшних дней. Единственная сохранившаяся из них это аркада Тим Аблулла-хан. Так-и Тельпак Фурушон В можно было купить роскошные головные уборы: золотошвейные и расшитые бисером тюбетейки, меховые шапки, хитроумно свернутые тюрбаны. К зданию под разновеликими углами сходились пять улиц; мастера решили этот сложный градостроительный узел, пропустив дороги между шестью радиально расходящимися пилонами, несущими невысокий сферический купол (диаметр его 14, 5 м) на двенадцатигранном световом фонаре. На 12 -ти осях строится обходящая зал галерея с нишами, кладовками и складами товаров.

Западный пассаж Так-и Тельпак Фурушон выходит на улицу Мехтар Амбар. Первое здание справа, примыкающее к стене Так-и Тельпак Фурушон – это древний каравансарай Кулета (16 в. ). Немного вперед и налево, стоит мечеть Курпа в своей не отреставрированной привлекательности. Почти в конце этой улицы справа стоит другой не отреставрированный бриллиант, медресе Мулло Турсунжон.

Под сенью купола Так-и саррафон совершались ростовщические и валютные операции при посредничестве "банкиров" — менял. Рядом с пассажем — восстановленная после археологических раскопок баня саррафон — непременное слагаемое городского общественного центра. Лечебным и гигиеническим свойствам бани придавалось огромное значение. Даже в "Каноне врачебной науки" Ибн Сино отмечает в качестве достоинства хорошей бани солидное строение, умеренную температуру, яркий свет, хороший воздух, просторный предбанник, расписанный красивыми картинами, приятную воду.

Самый большой бассейн воды стал организующим ядром еще одного ансамбля центра Бухары, названного Ляби-Хауз (Лаб-и хауз — у хауза). Прямоугольный водоем (46 х 36 м) вытянут с востока на запад, и утопает в тени вековых чинар. Берега его оформлены ступенчатым каменным сходом к воде, сделанным из массивных блоков желтоватого известняка.

Ансамбль образован тремя монументальными зданиями: медресе Кукельдаш (1568/69 гг. ) — на севере, ханака и медресе Надир-Диван-Беги — на западе и востоке (1622/23 гг. ). Кукельдаш Ханака Нодир-Диван-Беги Медресе Кукельдаш (Кулбаба Кукельташ — имя его строителя, "молочного брата" хана) — самое большое в Бухаре (80 х 60 м). Гостиницей служит и медресе Надир-Диван-Беги, которое строилось первоначально как караван-сарай. На его торжественном открытии Имамкули-хан неожиданно провозгласил это здание — медресе, и Надиру Диваи-Беги пришлось переоборудовать караван-сарай, пристроив к его главному фасаду лоджии, портал и угловые башни, надстроив второй этаж худжр. Напротив этого памятника, на западном берегу Ляби-Хауза стоит, отражаясь в зеркале воды, ханака Надир-Диван-Беги (1619/20 гг. ): крупная многокамерная постройка с центральным купольным залом (сторона квадрата — 11, 2 м), прорезанным неглубокими нишами по сторонам. В углы здания вписаны худжры.

Невдалеке от канала Шахруд в центре города, к югу от шахристана, расположен интереснейший памятник Магак-и аттари — мечеть. На ее месте до арабского завоевания был базар, где торговали идолами, лекарственными снадобьями и пряностями-ат-тарон; там же находился храм Луны (Мох). В последней редакции труда Наршахи мечеть, построенная на месте храма, называется "магок", то есть "в яме", потому что она уже тогда была наполовину скрыта быстро растущими культурными наслоениями.

Прекрасный образец квартального Балянд центра — мечеть в южной части города (первая половина XVI в. ), кубовидная постройка, затененная угловым айваном, с изысканно украшенным интерьером. Зал обходит панель из шестигранных глазурованных плиток, расписанных твореным золотом. За Ляби-хаузом в северовосточной части города стоит на открытой площади необычный памятник - Чор -минор, "четыре минарета". Это единственная сохранившаяся часть большого медресе, построенного богатым туркменом Халифа Ниязкулом.

На окраине старого города, к северо-востоку от Чор-минор находится один из самых благородных ханака Файзабад памятников Бухары — (1598/99 гг. ). Композиция его парадна, уравновешенна; к представительному объему центрального зала примыкают с обеих сторон сквозные арочно-купольные галереи, в пилонах главного портала и за михрабом в три этажа размещены жилые худжры для временного пристанища обитателей.

В загородной местности Фатхабад, к востоку от средневекового города, сохранился остаток некогда обширного культового комплекса у могилы популярного шейха, поэта и богослова, Сайф ад-Дина Бохарзи, жившего в 1190— 1262 гг. Целый квартал рабада здесь занимали ханака, в которых бедняки и больные жили на средства, завещанные богатыми филантропами. Рядом с почитаемым захоронением в 1358 г. был возведен мавзолей Буян-Кули-хана, а в конце XIV в. — мавзолей Сайф ад-Дина, построенный на месте древней усыпальницы. Это неповторимый ансамбль.

Баха ад-Дин — культовый ансамбль, развившийся в бывшем центре дервишского ордена накшбандиев. Глава его, шейх Баха ад-Дин, умер в 1389 г. и был захоронен близ селения Касри Арифон (ныне Каганский район под Бухарой). Ансамбль Баха ад-Дин принял характерные для XVI в. формы сочетания некрополя с обрядовым зданием; в 1544 г. ханом Абд ал-Азизом I захоронение шейха было оформлено в виде наземного склепа — дахмы с мраморной резной оградой поверху, а поодаль — крупнейшее из известных здание ханака.

Некрополь Чор-Бакр в селении Сумитан Бухарского района сложился на основе погребения Абу Бакра Саъда — "потомка пророка" и предка главы Джуйбарских шейхов. Селение Сумитан стало прибежищем дервишского ордена ходжагонов, служившего опорой ханской власти.

Минарет в Вабкенте — одно из самых изысканных творений зодчих Узбекистана; дата начала строительства — 1196/97 г, читается среди куфических надписей в нижнем декоративном ярусе, опоясывающем ствол минарета, здесь же — имя бухарского садра Бурхан ад-Дина Абд-ал Азиза II, выступавшего, видимо, заказчиком строительства, а в верхнем ярусе, уже почерком дивани, написано: "построен минарет в месяцы 595 года", то есть он был окончен в 1198/99 г. На пути к Самарканду в райцентре Гиждуван имеются, увы, лишь остатки памятников архитектуры - медресе Улугбека и мазара Абд-ал Халыка Гиждувани, XV—XVI вв. Из этого селения вышел основатель дервишского ордена ходжагонов, суфийский шейх, деятельность которого играла некоторую прогрессивную роль, захороненный здесь в 1179/80 г. В 1433 г. к западу от могилы Абд-ал Халыка было построено последнее из трех медресе Улугбека, от которого сейчас сохранилась только фасадная часть. степи Малик Прямо у дороги, в еще можно увидеть портал XII в. , который вел некогда в Рабат-и Малик, "царский рабат". Сохранившийся на нем монохромный декор — резной штук, кирпичные фигурные выкладки, резная неполивная керамика — позволяет лишь отдаленно представить себе красоту утраченного. Рабат был построен в XII в. рядом с поселением на древней караванной дороге между Самаркандом и Бухарой.

сардоба Малик Источником водоснабжения для селения и рабата служила — гигантская, утопленная в землю кирпичная цистерна, перекрытая архаичным ступенчатым куполом. Резервуар заполнялся водой из Заравшана по подземному каналу кяризу, имевшему выход на поверхность сетью колодцев. К воде от портала вел спуск — пандус.

Конструкция Бухарского Дома Бухарский декор конца XIX - начала XX в. - результат многовекового опыта не одного поколения узбекских народных мастеров, отличаясь яркой выраженностью стиля, является одним из самых самобытных и оригинальных в Узбекистане. Слава бухарских декораторов исходит не только из приверженности их к уже давно сложившимся традициям, а больше из того, что для них декор - не просто сборник определенны. При пос ттройкерадиционных бухарских домов использовались три основных принципа. А). Климат В). Религия С). Декорация Климат бухаркого региона резко-контенинтальный: зима холодная, лето жаркое и знойное. Поэтому постройка здания должна соответсвовать климатическим требованиям региона. Дом делился на четыре соответсвенно четырем сезонам года зима, весна, лето и осень. Таким образом строился дом с внутренним квадратным двориком, а вокруг комнаты. На южной стороне располагается летняя комната, на северной стороне располагается зимняя комната, на восточной и западных сторонах вессение и осенние комнаты. В конце 19 века на территории бухарского эмирата господствует исламская религия и она играет огромную роль при постройке домов. По законам шариата запрещается смотреть на женщину постороннему мужчине. Поэтому с уличной стороны дома Вы никогда не увидите окон и входя в бухарский дом Вы никогда сразу в него не попадете. Вам нужно будет пройти коридор либо внешний двор. После чего Вы будете впечатлины удивительным втутреним двором и трехэтажной постройкой. Там же Вы обнаружите окна и двери которые смотрят во двор. Такая постройка дома дает возможность женщинам своевременно укрыться при посещении дома постороним мужчиной. Как нам уже известно, в древней Бухаре мебель в обихоте использовали очень мало и поэтому декорацией дома была шикарная ручная роспись на стенах, что в своё время украшала дом и показывала благосостояние хозяина дома. Красивые двери и окна с неповторимой резьбой по дереву также украшали дом как внутри так и снаружи. Внешня сторона дома фактически ни как не украшалась, да бы не привлекать внимание посторонихх орнаментальных образов и мотивов, а неотъемлемая часть строительного искусства. В результате особой специализации, назначения и места каждой детали бухарский декор внутренне связан с архитектурной конструкцией, и в этом смысле он очень тектоничен. О бухарском декоре конца ХIХ - начала XX в. свидетельствуют архивные материалы и чертежи, частично оставленные в наследство, частично скопированные, но в большинстве своем созданные бухарскими народными мастерами того времени. Все они ныне хранятся в Государственном музее искусств Узбекистана, Бухарском Государственном архитектурно-художественном музее-заповеднике, а также в семейных архивах.

Декоративное убранство Бухарского Дома Бухарский декор конца XIX - начала XX в. - результат многовекового опыта не одного поколения узбекских народных мастеров, отличаясь яркой выраженностью стиля, является одним из самых самобытных и оригинальных в Узбекистане. Слава бухарских декораторов исходит не только из приверженности их к уже давно сложившимся традициям, а больше из того, что для них декор - не просто сборник определенных орнаментальных образов и мотивов, а неотъемлемая часть строительного искусства. В результате особой специализации, назначения и места каждой детали бухарский декор внутренне связан с архитектурной конструкцией, и в этом смысле он очень тектоничен. О бухарском декоре конца ХIХ - начала XX в. свидетельствуют архивные материалы и чертежи, частично оставленные в наследство, частично скопированные, но в большинстве своем созданные бухарскими народными мастерами того времени. Все они ныне хранятся в Государственном музее искусств Узбекистана, Бухарском Государственном архитектурно-художественном музеезаповеднике, а также в семейных архивах. Отдельные листы бумаги местного производства склеены в виде тетрадей, содержащих точечные контурные изображения растений и цветов, эскизы кирпичной мозаики, а также проекции и чертежи декоративных арок, сводов и карнизов. Кроме того, в этих тетрадях встречаются старательно выполненные зарисовки народных мастеров, изображающих выразительные очертания листьев, веток, цветов, эскизы медальонов и т. д. Примечательна тетрадь бухарского народного мастера Хасанжона. В отличие от чертежей мастеров предшествующих веков, его чертежи выполнены без построений, в виде линейных схем. Среди чертежей встречается декор мавзолея Боянкулихана (ХIV в. ), медресе Кукельташ и Абдуллахана (ХVI в. ). Интересна тетрадь народного мастера Усто Кароматжона с трафаретами, эскизами и рисунками, характерными для бухарского декора начала XX в. Мотивы, содержащиеся в тетради, состоят из нескольких групп. В их числе: · растительный узор ислими, предназначенный для оформления тимпанов и кайм. Он состоит из стилизованных листьев и ветвей, расположенных в определенном порядке (композиции и ритме), который показывает, если они рассчитаны на резьбу, - способ обработки поверхности орнамента, а если на роспись - то расположение цветов; · изображение кувшинов, чаш, ваз, чайников. Все эти элементы натюрморта здесь трактованы как орнамент; · изображение стилизованных кустов, деревьев, букетов цветов; · выполненные от руки на маленьких листочках эскизы цветов и плодовых кустов. В них особое внимание уделено красивому расположению, ритму линий.

Приступая к черновой (гачхок) отделке, народные мастера с помощью ганчевых тяг разбивали стены комнат на нижнюю часть, панель, среднюю часть - на большие и малые панно, разделенные неширокими полями, а также карниз, который делали из наложенных одна на другую ганчевых плит. На верхней части ниш устанавливали также из литых плиток черновой вариант сталактита. Все эти элементы составляли важные части декора комнат и айванов. Хотя они воспринимались как плоский орнамент, но в пространстве выглядели как рельеф. Это был первый этап оформления, и если средства не позволяли, отделка на этом завершалась. Оформленная таким образом комната была несколько грубоватой, но благодаря четкой разбивке и оправданности каждой детали она выглядела выразительно. В однокаркасных комнатах в силу невозможности устройства ниш на стенах из ганчевых досок делали встроенные ниши - мино. Карнизы таких комнат завершались сталактитами типа "тунук", "тесакнок", "имом козихон". А в комнатах с двойным каркасом ниши разбивались на ракообразные ячейки (токчабанди) для хранения различной посуды. Один из очередных этапов декора комнат состоял в чистовой отделке стен белым ганчем (гулганчем), резьбой и росписью. На панелях изображались геометрический орнамент или медальоны. В средней части стены сверху и снизу больших панно чередовались элементы "китаба" и "лаъли". Тимпаны арок этих панно обычно расписывались растительным узором. Поверхности аркообразных ниш покрывались резьбой или росписью, а стена завершалась сталактитовым сводом типа "колибкори", "мукарнас", "ироки". В конце XIX в. в декоративной отделке жилых домов Бухары, видимо, под влиянием росписи, резьбу по ганчу начали покрывать сначала местными красками на яичных белках, а затем - привозными масляными красками. Таковой оформление особенно широко встречается в домах состоятельных людей. Такой является гостиная комната на квартале арабон. В заключение фестончатые арки крупных геометрических орнаментов (гирих) чередуются с рельефными изображениями белых цветов на вазах. Цветной фон и фестончатая арка создают иллюзию поставленных в нишу живых цветов.

В начале XX в. в оформлении жилых домов роспись приобрела массовый характер. В отличие от трудоемкой и дорогой резьбы по ганчу роспись являлась более дешевой, благодаря чему даже простой горожанин мог украсить свое скромное жилище живописью. Росписью начали оформлять и однокаркасные комнаты. Она выполнялась на тонком слое белого ганча и покрывала почти всю поверхность стены. Таков дом бывшего торговца чаем Холбоя, целиком украшенный росписью. Панель имитирует каменную рустовку. На крупных панно изображены большие кусты цветов в вазоне, которые чередуются с выполненными в подражание майолике крупными панно с геометрическим орнаментом. Ниже, в маленьких панно ("лаъли") изображены пальмы и ветки цветов. Объемные сталактитовые карнизы здесь заменены плоским поясом медальонов и чередующихся между медальонами изображений маленьких букетиков цветов. Большие и малые кусты, веточки и букеты цветов очень близки к натуре. Видимо, все это было связано с общим процессом усиления изобразительности в народном декоративно-прикладном искусстве Бухары начала XX в. Хотя появившиеся в росписи этого времени сюжетные изображения были, как утверждают некоторые исследователи, предвестником появления новых жанров в современном изобразительном искусстве, они никоим образом не могли вытеснить ведущую роль орнаментальной росписи в жилом архитектурном декоре. Творческое использование в современной строительной практике независимого Узбекистана огромного опыта декоративного оформления жилой архитектуры недавнего прошлого не вызывает ни у кого сомнений. Поэтому изучение и обобщение собранных материалов о декоре Бухары конца XIX - начала XX в. - насущная проблема сегодняшнего дня. Кроме того, в Бухаре, как и по всему Узбекистану, на сегодняшний день ведутся большие строительные и реставрационные работы. Сохранение и квалифицированное восстановление старинных зданий, представляющих собой художественную ценность, является настоятельным требованием времени.

Вышивка Искусство вышивки в Узбекистане обязано своим появлением творчеству узбекских женщин. Работы вышивальщиц из Бухары всегда отличались особой красотой и тонкостью. Типичный бухарский орнамент составляется цветами на тонких ветках, равномерно распределенными по всей поверхности или же круглыми розеттами, обрамленными длинными стеблями голубого, серого и светло-желтого тонов, органично сочетающихся с красными и зелеными тонами. Самаркандская школа вышивки отличается простотой. Узор состоит из розетт, окруженных листьями или лепестками. В Ташкенте получили развитие две техники крупных декоративных вышивок типа сюзанне - это палак и гулкурапа. Сегодня искусство вышивания получило развитие в форме промышленного производства и надомного промысла. Изготовление сюзанне все более и более сосредоточивается в таких городах, как Ургут, Денау, Наманган, Андижан и некоторые другие. Особое место в искусстве вышивания занимает вышивание золотом. Первое упоминание об этом удивительном ремесле относится к 15 веку. Сейчас, помимо традиционного центра Бухары, искусство вышивания золотом получило распространение в Наманганской области, ферганской долине. Вновь на свет появляются чудесные творения искусства, по красоте не уступающие творениям древних мастериц.

ЧЕКАНКА - Художественная обработка металла В 19 - начале 20 вв. центрами производства чеканных изделий были Ташкент, Хива, Коканд, Самарканд, Карши и Шахрисябз. Однако Бухара считалась ведущим центром этого ремесла. Наибольшей славой пользовались изделия бухарских мастеров, работавших в технике глубокой чеканки. В начале века в Бухаре было до 400 ювелиров и 600 чеканщиков по меди. Независимость поистине дала импульс к возрождению старинного искусства. Сейчас творческое объединение народных мастеров "Усто" поставило перед собой задачу полностью возродить этот художественный промысел. Наибольшей известностью пользовались в XIX веке изделия бухарских и хивинских чеканщиков, которое отличались пластической выразительностью форм, классической уравновешанностью пропорций и устойчивостью орнаментальных мотивов, выполнявшихся в технике глубокого чекана. Особенно следует отметить бухарскую школу торевтики. В ХVIII веке в Бухару, крупнейший центр региональной чеканки, со всей Средней Азии приезжали учиться мастерству ремесла у знаменитых местных чеканщиков - усто Шади Мухаммада и усто Баратбая. При многообразии видов изделий бухарская чеканка отличалась простотой и строгостью форм. В ней относительно свободный фон оттеняетея штрихом. В ХVIII веке у каршинских чеканщиков бухарскими мастерами был заимствован прием подкраски фона, но в отличии от других школ, они использовали этот популярный прием довольно умеренно и с большим вкусом. Особую выразительность бухарскому орнаменту придают гладкие, широкие контурные линии полосы, так называемые "кундаль". Пластичный и четкий растительный орнамент бухарских изделий значительно крупнее, но в то же время он изящнее узора других школ. В XIX- начале XX веков бухарские мастера-чеканщики украшали отдельные части изделий - тулово, горловину, ручки кувшинов, широкое дно подносов - калиграфическими надписями, иногда стилизуя их под растительные мотивы. В XIX - в начале XX веков в Бухаре изготовляли множество изделий украшенных чеканкой, различных по назначению. Среди низх были распространены сосуды для воды - офтоба, яхоб; чайники - чойдиш, чойнак; вазы - гульдон; кувшины - для воды - и ведра - сатиль; ритуальные сосуды кашкуль, чиль-калид; футляры для чашек - чинникоп; охотничьи барабаны - довул, косметические сосудики сурмадон и другие. В музеях Узбекистана хранятся боевые доспехи, значительная часть которых украшена художественной чеканкой. К ним относятся - шлем, нагрудники кольчуги, наколенники, щит, конская сбруя, узда, стремя, секиры. В XIX веке в Бухаре получили популярность каршинские формы изделий. Как например, офтоба, вытеснившие старинные местные формы. В свою очередь в начале XX века офтоба каршинских силуэтов вытесняются хивинской формой. В XIX веке в Бухаре работали мастера - чеканщики - Салахитдин, Мирза, Шараф, Хаким Бухари, Достмухамад Риза, Гулом. В начале XX века бухарские мастера стали украшать новые по формам изделия в подражание привозным фабричным изделиям - серебряным вазам, для фруктов, сахарницам, чайникам и т. д. Но привержанность традициям и мастерство импровизации бухарских умельцев смягчали восприятие эклектичных по стилю предметов. В начале XX века в среде бухарских чеканщиков работали высокопрофессиональные мастера виртуозы - Олим Абдусалямов, Гулям Хасанов, Аблояр Юлджлев, Норсалихов, Кори Шариф.

ГАНЧ Ряд работ Мамасолиева был представлен на выставке керамики в Центральном выставочном зале Академии художеств Узбекистана в феврале 2002 г. Художник несколько раз побывал в древнем городе, знакомясь со своеобразными обычаями бухарских мастеров. По традиции, ученик должен получить благословение в трех священных местах: на могиле мастера Мир Саид Амира, духовного наставника всех мастеров керамического искусства, на святом месте - усыпальнице Бахоуддина Накшбандия, с именем которого связана красивая легенда. Считается, что учителем Бахоуддина Накшбандия был Мир Саид Амир. Однажды, когда молодой Бахоуддин занимался обжигом изготовленных изделий, у него кончились дрова. Не зная как быть, он обращается к своему учителю. Тот советует: "Сними свою рубаху и бросайся в огонь". Подчиняясь наставнику, ученик бросается в огонь. Из печи поднимается черный дым, но Бахоуддин выходит из нее целым и невредимым. Ученик спрашивает, в чем тайна его чудесного спасения, на что наставник отвечает: "Не переча словам учителя, вы доказали свою любовь к избранному делу. От того, что любовь эта настоящая, с вами ничего не случилось. А теперь выпейте чашу воды". Выпив воды, Бахоуддин продолжил свою работу. С тех пор стало обычаем ставить у тандыра чашу с водой, а идущий из тандыра черный дым воспринимается как свидетельство того, что изделие обожжено в достаточной мере. Последнее благословение мастера получали у мавзолея Бахоуддина Накшбандия. На этом обряд посвящения не заканчивается. Стараниями ученика готовили плов и созывали соседей. Наставники подготавливают завязанные узлами цветные нити различных расцветок и обвязывают ими локти ученика, поверх чапана набрасывают на плечи красную материю, затем оборачивают его семью метрами марли и такими же цветными нитями обвивают талию. После этого ученик должен 40 или 23 дня соблюдать "чилла": жить в отдельной комнате и не выходить на улицу. В течение этого времени все узелки повязанных на пояс и руки нитей должны сами развязаться. . . Так совершался обычай бухарских гончаров "подачи руки и подвязывания пояса". Резьба по ганчу Бухарские художники, достигшие совершенства в искусстве по ганчу, создали особый стиль орнамента - табака пардоз, который органично сочетает орнаментальные мотивы с гладкой поверхностью. Особое внимание уделялось мастерами разработке цветовой гаммы. С помощью различных добавок тона ганча варьируются от светло-серого до светло-желтого. С начала 20 века применение тонированного ганча приобрело широкое распространение. В 90 -х годах декоративный ганч все шире используется в архитектурном декоре Узбекистана.

Бухарские ордена В Бухарском эмирате ордена появились с 80 гг. XIX века, вскоре после того, как Бухара стала русским протекторатом. Они стоят особняком среди орденов Российской империи. Причиной тому — бухарские орденские традиции. Первым из орденов был орден «Нишони бухорои шариф» — «Орден благородной Бухары» , учрежденный в 1881 году эмиром Музаффаром. Сразу же, по учреждению, первый знак ордена был послан в Россию — Александру II. Александр II получил орден и в ответ пожаловал эмиру орден Святой Анны I степени. Можно предположить, что эмир и его советники не были знакомы с истории орденского дела и не очень разбирались в орденской символике. Для них казалось бессмыслицей: зачем в ордене быть и знаку и звезде? Если учесть, что основной повседневной одеждой был халат, то дальнейший ход рассуждений эмира ясен. Звезда была не только ярче, но и удобнее. Ее можно было приколоть к халату. Поэтому орден Благородной Бухары имел только звезду и не имел знака. Часто основной ордена становились русские или персидские звезды, из которых извлекали медальоны и вместо них привали кружки, покрытие разноцветной эмалью, с надписью арабским шрифтом: “Нишони дар-ус-салтани Бухорои шариф” — “Награда столицы благородной Бухары” и датой. Принимать бухарские ордена русским поданным не возбранялось, но ношение их до 1883 года было запрещено — кроме тех случаев, когда награжденному предстояла встреча с эмиром или его представителями. Орден был широко известен в России. Истоки известности относятся к 1893 году, когда эмир Абдуллахад совершил путешествие в Россию. К этому времени орден делился на 8 степеней. Высшей была золотая звезда с бриллиантами, затем золотая звезда с алмазами, три золотых без камней и три серебренные степени. Можно предположить, что степени различались размером и орнаментом центрального медальона. Как великий государь, эмир понимал, что ему следует награждать хозяев. Был изготовлен запас звезд. Из дневника, который эмир вел во время путешествия, известно о раздаче им 150 звезд. Если бы этим раздачи ограничились, орден был бы чрезвычайно редким. Но случилось иначе. Вскоре эмир стал награждать собственных подданных. К началу XX века в Бухаре трудно было отыскать чиновника, офицера или бая, на халате у которого не блестел бы орден. Орден широко раздавался русским. Его мог получить любой офицер или чиновник, побывавший в Бухаре, а таких было немало. Этот орден получили купцы, торговавшие с Бухарой, для чего достаточно было сделать скромное подношение соответствующему чиновнику. Вскоре после возвращения из России, эмир Абдуллахад в 1886 году учредил второй орден — орден Тадж или Короны. Он уже имел полный набор аксессуаров: знак, звезду и ленту красного цвета. Орден Тадж (Короны) превосходил своего предшественника рангом, но продержался на вершине орденской лестницы Бухары надолго. В 1898 году возник третий, самый высокий орден — «Искандер Салис» — «Солнце Александра» , установленный в память Александра III. Он также имел звезду, знак и синюю ленту.

В конце XIX века в Бухаре появились и медали «заслуг» . Они характерны тем, что их покрывали разноцветной эмалью. Медали были трех степеней. Высшая степень, восьмигранная, золотая, носилась на шее на красной ленте. Вторая степень, золотая, круглая, носилась на груди на красной ленте. Лишь в последние годы эмиратства их стали делать бронзовыми, позолоченными. Третья степень была серебренной. В 1915 году эмир учредил еще одну, каплевидную медаль с надписью: «В память о войне преданным рабам. Благородная Бухара. 19151916 гг. » . Она выдавалась бухарцам, мобилизованным на военную службу. Учреждением этой медали закончилось формирование наградной системы Бухарского эмирата. В фондах самаркандского госмузея хранится восемь наградных знаков Бухарского эмирата конца XIX -начала XX в. , которые наглядно показывают этапы формирования наградной системы Бухары. В современной фалеристической литературе, к сожалению, тема наград Бухарского эмирата разработана крайне слабо. Вопрос о количестве розданных орденов и медалей до сих пор остается открытым. Известно, что награды Бухары имеются в фондах Эрмитажа, Исторического музея в музее-заповеднике и у нас, в Самарканде. Нам известно, что высшая степень ордена Благородная Бухара была пожалована Александру II , из дневника эмира Абдуллахада мы знаем о раздаче 150 звезд разных степеней, в книге И. В. Всеволодова «Беседы о фалеристике» показана оборотная сторона медали «заслуг» с порядковым номером 764. Это все цифры, которые удалось найти в литературе.

Бухарские банкноты Бухарский Эмират в 1918 -1919 годах выпустил в обращение банкноты на толстой пергаментной бумаге номиналом в 100, 200, 1, 000, 5, 000, 10, 000 и 20, 000 теньгов Бухарская Советская Республика произвела три выпуска своих банкнот: 1 выпуск 1920 -1921 годов на толстой пергаментной бумаге номиналом в 100, 250, 1, 000, 3, 000, 5, 000, 10, 000 и 20, 000 теньгов; 2 выпуск 1920 -1921 годов на тонкой пергаментной бумаге номиналом в 50, 100, 250, 1, 000, 3, 000, 5, 000, 10, 000 и 20, 000 рублей (в гербе две скрещивающихся лопаты); 3 выпуск 1922 года на плотной обыкновенной цветной бумаге номиналом в 1, 5, 10, 25, 50, 100, 250, 1, 000, 2, 500, 5, 000, 10, 000 и 20, 000 рублей (советский герб - цветок хлопка и серп, полумесяц со звездой).