АЛЕКСАНДР ИВАНОВИЧ МАНТАШЕВ 1849 -1911 Александр Иванович

АЛЕКСАНДР ИВАНОВИЧ МАНТАШЕВ (1849 -1911)

Александр Иванович Манташев (Манташянц) родился в 1849 году в Тифлисе в родовитой армянской купеческой семье. Манташянцы принадлежали к привилегированному сословию тифлисских «мокалаков» — потомственных жителей города, приближавшихся по своему положению к дворянству.

По окончании коммерческого училища Манташев часто выезжал по делам торговли в Персию и Европу, выучил немецкий, французский и английский языки, без чего было невозможно наладить деловые контакты с крупными зарубежными торговыми домами. После смерти отца в 1887 году, получив в наследство 200 000 рублей, скупил большую часть акций тифлисского Центрального торгового банка, игравшего ведущую роль в финансах и торговле всего Кавказа. Он стал его главным пайщиком, а затем и председателем административного совета. Тогда же он заинтересовался нефтедобычей, бурно развивавшейся в то время в Баку.

Надо сказать, первыми разработчиками этого нефтеносного района были именно армяне. Товарищества «И. Мирзоев» , «Халифи» , «Масис» , «Тегин и Саркисян» стояли у самых истоков нефтяного промысла в Бакинской губернии. Уже в 1873 году премию за первый фонтан, ударивший с глубины 18 саженей, получила компания «Халифи» . На рубеже 80– 90 -х годов армянскими товариществами добывалось 46 % всей бакинской нефти (остальное — русскими, британскими, американскими и прочими фирмами). Понятно, что Манташева не мог оставить равнодушным успешный бизнес соплеменников.

В 1890 году вместе с компаньоном Микаэлом Арамянцем он купил несколько убыточных скважин, которые очень скоро начали приносить прибыль. Интересно, что Александр Иванович не раз обращался за консультациями к великому ученому Менделееву, который лично занимался вопросами добычи и переработки нефти и неоднократно посещал Баку.

На Каспии в те годы между нефтяными корпорациями развернулась острейшая конкурентная борьба, где главными соперниками выступали Каспийско-Черноморская нефтяная компания (БНИТО), созданная Ротшильдами, Товарищество Нобелей, принадлежавшее Людвигу и Роберту Нобелям — братьям великого шведского изобретателя, и американская «Стандарт ойл» . Манташев очень умело ввязался в эту схватку, лавируя между нефтяными китами, склоняясь то к Ротшильдам, то к Нобелям, то к «Стандарт Ойл» . Когда в 1894 году американцам удалось резко сбить нефтяные цены, что сильно ударило по БНИТО и разорило мелких поставщиков, Манташев сумел скупить множество независимых предприятий, превратившись в третьего после Нобелей и Ротшильдов экспортера бакинской нефти, мультимиллионера и крупного акционера ряда мировых нефтяных корпораций, среди которых оказались и «Братья Нобель» .

Во избежание хаоса на нефтяных рынках стороны создали ассоциацию, в рамках которой Манташев получил для своего экспорта Ближний Восток и Индию, «Братья Нобель» — Европу, а БНИТО сохранила за собой «свои» рынки. В 1899 году был основан торговый дом «Ал. Манташев и Кo» , сразу же открывший представительства в крупнейших городах Европы и Азии. 51, 3 % общего запаса бакинской нефти и 66, 8 % нефтяных остатков были сосредоточены в фирме Манташева — ежегодно выкачивалось 50 миллионов пудов нефти. Манташева начали называть «нефтяным королем» . Вся Западная Индия снабжалась только его керосином, мощные позиции были в Османской империи и ряде других районов мира

Когда Менделеев подал идею провести нефтепровод Баку — Батуми и использовать новые, более дешевые пути транспортировки нефти, особенно водные, Манташев горячо поддержал эту мысль, предложив финансировать строительство. Так в 1897– 1907 годах впервые в мире протянули 835 километровый нефтепровод. В Баку и Батуми промышленник построил нефтеперерабатывающие заводы и межпромысловые нефтепроводы. По совету Менделеева он купил в Англии два танкера, которые поставляли нефть в Индию, Китай, Японию и в средиземноморские страны.

Однако нельзя сказать, чтобы дела шли совершенно гладко. Бакинский нефтяной регион был избран большевиками в качестве революционного полигона, здесь проходили революционные университеты Сталин, Троцкий, Шаумян и прочие большевистские деятели. Сталин, например, отличился при организации забастовок именно на предприятиях Манташева. В 1904 году определенные силы использовали подрывную деятельность большевиков для разжигания межнациональной розни. Азербайджанцам дали оружие и натравили на армян и их предприятия. Кстати, с тех времен и по сю пору в азербайджанской националистической литературе Манташев — собирательный образ прожженного армянского дельца-паразита, эдакого армянского Шейлока, одного из организаторов «всемирного армянского заговора» .

Серьезный урон нефтяному бизнесу нанесло также угольное лобби в царском правительстве — донецкий уголь был в два раза дешевле нефтяного топлива. Кроме того, истощение бакинских месторождений вызвало падение добычи, возникла необходимость применения дорогостоящих технологий. Эпоха нефтяных фонтанов в регионе завершилась. Экспорт сократился, Нобели, Ротшильды и Манташев стали терять рынки сбыта, чем не замедлили воспользоваться американцы. В 1906 году в противовес американской экспансии возникло международное европейское объединение во главе с немецким банком — «Европейский нефтяной союз» , в состав которого наряду с австрийскими и румынскими фирмами вошли «Братья Нобель» , БНИТО и «Ал. Манташев и Ко» . Постепенно Манташеву удалось восстановить производство и вернуть экспортные позиции.

Укрепились и позиции Александра Ивановича в обществе. В 1908 году он действительный статский советник, почетный блюститель тифлисской Манташевской торговой школы, член попечительского совета тифлисского коммерческого училища, член дирекции губернского попечительского комитета тюрем, почетный попечитель тифлисской гимназии, член Совета кавказского попечительства императрицы Марии Александровны о слепых.

Следует сказать, что все эти попечительские должности не пустая формальность. Манташев действительно энергично занимался благотворительностью. Он содержал самый крупный на Кавказе приют на 156 сирот. Передав средства на строительство здания для слепых детей, продолжал заботиться о них, выделяя крупные суммы. Александр Иванович любил родной Тифлис и вообще Грузию. Он одним из первых перевел деньги на реставрацию Мцхетского собора Свети-Цховели — древнейшего грузинского памятника христианства, возвел множество зданий в Тифлисе, Марнеули, проложил первый телефонный кабель Сололак — Дидубе, перечислил крупные суммы в пострадавшую от землетрясений Джавахетию. Строил и в Ереване, и в Баку, и в Москве, и в Париже. Надо сказать, Париж Александр Иванович очень отличал, посещал там выставки, спектакли, имел свою ложу в Гранд-опера.

Ну и, естественно, он был теснейшим образом связан с религиозной и культурной жизнью армянского народа. После принятия в 1903 году закона о конфискации имущества армянской церкви армянские школы и другие культурно-просветительские очаги лишились материальной поддержки. Именно в этот период Манташев передал 300 000 рублей на строительство нового здания Нерсисяновской семинарии, 250 000 на строительство патриарших покоев в Эчмиадзине, помог многим армянским храмам. Даже в центре Парижа, на Елисейских полях, стоит церковь Сурб Ованес Мкртич, построенная в 1902 -1904 годах Манташевым и подаренная армянской диаспоре Франции.

Бизнесмен-филантроп стоял у истоков создания Кавказского армянского благотворительного общества и до конца жизни входил в его правление, внося огромные суммы. Одной из главных его забот было обучение армянской молодежи — с 1881 года на его средства в лучших учебных заведениях России и Европы обучались более 200 молодых армян, многие из них стали впоследствии выдающимися учеными, художниками и артистами.

Известно обращение Александра Манташева к армянским предпринимателям, где сказано: «Армянские купцы! Многострадальная Армения — вот пристанище вашей славы, вашего бессмертия. Вот тот дом Божий, где добрая память о вас во всем своем блеске будет сохранена перед Богом и человечеством. В иных же музеях вас ждут презрение и забвение. . . » Умер Александр Иванович в 1911 году в своем тифлисском доме, превращенном в советские времена в Дом работников искусств.

Его состояние унаследовали четыре сына, из которых наиболее известен Леон (Левон) Манташев — тоже удачливый предприниматель, сумевший приумножить имущество отца. В 1914 году капитал корпорации «Ал. Манташев и Ко» оценивался в 20 миллионов рублей. При этом, как ни странно, Леон был кутилой и повесой, к тому же человеком довольно экстравагантным и, по многим свидетельствам, весьма жуликоватым. После большевистского переворота все пошло прахом. Бакинские нефтяные промыслы национализировали. Леон метался между белыми, красными, дашнаками, англичанами, французами. Участвовал во всевозможных политических проектах, пытался продать свои предприятия иностранным компаниям, продолжил это дело уже в эмиграции, хотя всем было ясно, что он продает воздух.

Довольно близко его знал Алексей Толстой, красочно описавший приятеля в романе «Эмигранты» : «Нефтяной магнат, расточитель миллионов, липнувших к нему безо всякого, казалось, с его стороны усилия, человек с неожиданными фантазиями, лошадник, рослый красавец. Он занимал апартаменты в одном из самых дорогих отелей — «Карлтон» на Елисейских полях, и только это обстоятельство еще поддерживало его кредит в мелких учетных конторах, ресторанах, у портных. Но окружение кредиторов непреклонно сжималось, душило его ночными кошмарами» .

СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ! Презентацию выполнили: ЮР-11 -01 Петров Михаил ЮР-11 -01 Джиргалов Утнасун